Лия тут же уцепилась за знакомое имя.

— А где Милаша сейчас? — поинтересовалась она. — Я ей ленты атласные привезла. И платочек, отделанный кружевом…

Мальчишка внезапно булькнул смехом и тут же зажал рот рукой.

— Кружевной платочек? Милаше? Ленты? Простите, госпожа. Не ленты ей нужны, а пудовая гиря на ногу, чтобы бегала поменьше. Никакого сладу с этой девчонкой нет, даже Рглору не всегда удается ее приструнить. В один день она внуку Фенела нос разбила, в другой — вернулась с полной головой репьев. Сама чуть больше тележного колеса, а верховодит деревенской ребятней, как хочет. Одним словом — бедовая. Вот Ивонна с Лессой — другое дело. Они чуть позже родились. — пояснил Глен, мимоходом поправив какой-то камень. — Хотя посмотрим еще, что из них вырастет.

— А я запомнила ее очаровательной малышкой. — не удержалась девушка.

— Она и была очаровательной. Пока не заговорила и не пошла. — хмыкнул Глен. — Да и пошла не просто так, а сразу, целенаправленно к топору, который Рглор забыл на лавке. Говорю же, бедовая девчонка.

Он немного помолчал, потом кивнул на школу.

— А вот там без эйсы Кэрин совсем не то. Часть ребят вернулась в деревню, кого-то граф Бартон определил в столицу на дальнейшее обучение. Его сиятельство и мне предлагали стать учеником какого-нибудь управляющего. Но это не по мне.

Лианна чуть изогнула бровь.

— Почему? Разве плохо отучиться, получить хорошее место? Даже у нас столько земель…

Глен замотал головой.

— Не мое это, госпожа. Мне больше лекарское искусство по душе.

— Хочешь лечить людей?

— Не-а. Ими и без меня есть кому заняться. Но куда податься человеку, у которого захворал скот? Ладно еще птица, а вот лошадь или корова стоят недешево. И если на них мор нападает, то это убыток сразу на несколько дворов. Мужики из Рубайки в том году купили телят на ярмарке. И только дома уже обнаружили, что все хворые. Торговцев, понятное дело, не нашли. Телят хотели было пустить под нож, но мы с Яшкой всех выходили. Яшка — это сын Альмы. Он тоже считает, что лекарь скоту нигде не пропадет. Впрочем, вам, госпожа, это должно быть неинтересно.

— Ну что ты! — запротестовала Лианна, хоть и не совсем искренне.

Глен сделал вид, что поверил. Однако тему скота больше не поднимал. Вместо этого он принялся снова делиться мелкими случаями из жизни, иногда перемежая свои рассказы неожиданными остановками. Мол, там — амбар. А тут — хранится всякий инвентарь.

Когда их, наконец, выловила Агнета, чтобы отправить обедать, у Лианны уже голова шла кругом. От свежего воздуха, от количества историй. И просто от усталости. Потому что туфли из тонкой кожи хорошо подходят для поездок в карете, но мало годятся для прогулок по двору, где то камень, то ветка, то комья земли.