Лианна неслышно выдохнула. Собственно, это все, что она хотела узнать. Не хватало еще, чтобы Джер, испортивший ее первый официальный ужин и любимое платье, заявился сюда. По крайней мере, в ближайшие несколько дней.

* * *

В камине уютно потрескивал огонь. Пахло старыми пергаментами. А темнота за окном казалась настолько плотной, что ее хотелось потрогать рукой. Удобно устроившись в глубоком кресле, Алесия скинула домашние туфли и коснулась босыми ногами ковра.

— Совсем как в детстве? — прозвучал за спиной негромкий голос.

Женщина улыбнулась. В ее собственном детстве вместо камина была печь. Да и коврики, принадлежавшие еще бабушке, не отличались изысканностью. Однако есть вещи, которые никто и никогда не узнает. Даже самые близкие.

— Да. — кивнула она. — Хотя отец не так уж и часто пускал меня в свою библиотеку.

— Зато теперь ты можешь приходить сюда хоть каждый день.

Лайон опустил на низкий столик поднос, на котором дымились чашки с горячим шоколадом, и занял соседнее кресло.

Так обыденно и привычно. Словно и не было этих нескольких лет.

— А Кэрин разве к нам не присоединится? — спросила Алес, заметив, что чашки всего две.

— Не сегодня. Она сказала, что мы с тобой столько времени не виделись, и наверняка хотим поболтать, как в прежние времена.

— Она же тоже часть тех времен… впрочем, это очень мило с ее стороны. Тебе досталась очень чуткая жена.

— Знаю. — Лайон первым взял чашку и поднес ее к губам.

Алесия последовала его примеру. Запах шоколада приятно щекотал нос. На Актае она предпочитала напитки, более подходящие погоде — морсы, квас. Но как же все-таки приятно разбавить прохладный вечер горячим питьем.

— Смотрю, ты все-таки решил привести в порядок замок и двор? Я рада…

— Теперь тут мой дом. К тому же, есть для кого стараться. — в зеленых глазах отражался блеск огня. — Я раньше даже представить не мог, насколько нуждался в этом.

— Значит, сейчас ты счастлив? — Алес покрутила чашку в руках, любуясь золотистой окантовкой.

— Очень. — Лайон склонил голову на бок. — А ты?

Прежде чем ответить, женщина на миг прислушалась к себе. Счастье — штука эфемерная, ускользающая. Разбивающаяся о многочисленные но. И в то же время…

— Ну… я довольна своей жизнью. И если была бы возможность вернуться на несколько лет в прошлое, то не стала бы ничего менять. Однако есть вещи, которые мне совсем не нравятся.

Лайон помрачнел.

— Неужели твой брак…

Что-то в его голосе заставило Алесию вскинуть брови. Уж что она точно не собиралась делать, так это жаловаться на свою семью. И вовсе не из желания «держать сор в пределах избы». Просто тут, как раз, все было хорошо. Более чем.