— Благодарю вас, графиня.
— Пишите прошение. — Она повернулась и пошла обратно в гостиную. — И, леди Сандерс, — добавила она, не оборачиваясь, — вы в следующий раз можете говорить немного раньше.
Дверь за ней закрылась с едва слышным щелчком. Дворецкий проводил меня через притихший холл и безмолвно распахнул парадный вход.
Стоило тяжёлым дверям распахнуться, как в лицо ударил холодный влажный воздух. После натопленной гостиной, ноябрьская сырость ощущалась почти болезненно. Я на секунду задержалась на ступенях, натягивая перчатки и глядя, как огни уличных фонарей расплываются в пелене мелкого дождя.
Норт уже ждал у крыльца, удерживая лошадей. Козлы были накрыты промасленным холстом, с которого лениво стекала вода. Завидев меня, он спрыгнул на мостовую и распахнул дверцу экипажа.
Я устроилась в карете и, едва дверь захлопнулась, откинулась на холодные подушки. Карета качнулась, колёса заскрипели по мокрой мостовой, и Лондон медленно поплыл за запотевшим стеклом. Мысли тоже постепенно возвращались к привычному: записка Форду, семена, земля в Норфолке, прошение о школах, разговор с Финчем.
Мерная качка и шорох дождя по крыше усыпляли, так что остановка на Кинг-стрит показалась неожиданно скорой.
Норт распахнул дверцу, и я поспешила к крыльцу, придерживая тяжёлый бархат подола. В холле было тепло; пахло воском, сухими травами и чем-то печёным с кухни — домашний уют Кинг-стрит после сырого вечера всегда действовал почти успокаивающе.
Я уже развязывала ленты пелисса, предвкушая наконец тишину и горячий чай, когда заметила миссис Грант. Экономка стояла у лестницы слишком прямо для обычного вечера и нервно теребила край передника.
— Миледи, прошу прощения. Мисс Дэй и доктор Моррис уже больше часа находятся в вашем кабинете. Я дважды осведомлялась, не нужно ли им чего-либо, однако меня попросили не беспокоить.
Я остановилась.
— В моём кабинете?
— Да, миледи.
— Хорошо, — ответила я после короткой паузы. — Я разберусь.
Глава 20
Из-за закрытых дверей кабинета доносился глухой, едва различимый говор. Голос Морриса, низкий и непривычно серьезный, перебивался тишиной там, где должна была звучать реплика мисс Дэй. Я помедлила секунду, положив ладонь на прохладную ручку, прежде чем толкнуть тяжелую створку.
Стоило мне переступить порог, как мисс Дэй рывком поднялась из-за стола. Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла виноватой и какой-то надломленной.
— Миледи, прошу простить нас за то, что мы заняли ваш кабинет без позволения, — быстро проговорила она, не зная, куда деть руки.
— Полагаю, в этом была крайняя необходимость, — отозвалась я, медленно расстегивая верхнюю пуговицу пелисса.