по отношению к женщине, которая носит твоего ребёнка под сердцем? Теперь, когда Ваня знал правду, всё становилось на свои места. Наверно, он должен был испытать облегчение, что она свободна, что они не сделали ничего дурного, став любовниками. Но почему-то с каждой минутой он чувствовал, как она отдаляется от него. Как она отгораживается. – Я должен тебе кое-что отдать, – произнёс Ваня и принёс её новый паспорт. – Даже не знаю, нужен ли он тебе теперь… – И давно он у тебя? – Она удивлённо рассматривала новенький документ с плотными страницами, задержавшись на собственной фотографии – бледное лицо без намёка на улыбку. – Да. Олег принёс в мой день рождения. Я хотел сам тебе отдать, но потом… всё стало так сложно. Или просто. Ты была со мной, и я был счастлив. Но теперь… Я чувствую, что не могу держать тебя, иначе я ничем не лучше твоего бывшего мужа. – Спасибо. Они сидели в полумраке её комнаты, освещаемой только слабым ночником. – Что теперь будет? – спросил он. – Я не знаю. – Ты уйдёшь. Он не хотел утверждать, так вышло, что вместо восхождения его интонация понизилась и поставила точку там, где должен был стоять знак вопроса. Оля подняла на него глаза и долго смотрела, а потом слабо улыбнулась и положила ладонь на его щёку, он поймал её поцелуем. Такой привычный жест, ставший для него всем. Неужели он теряет её. – Пока я здесь, и я хочу быть с тобой, – прошептала она. – Пожалуйста. Он знал, чего она просит, и он готов был дать ей всё, что она захочет. Даже если это будет всего лишь тепло его тела. Этой ночью он любил её со всей нежностью, на какую был способен. Он целовал её, вкладывая все свои чувства, но в груди ширилась дыра. Слабая надежда постепенно уступала место отчаянию. Он снова останется один. Снова будет один. Пусть она не говорила этого напрямую, но он знал. Но пока она здесь, пока он может её целовать, пока может чувствовать себя любимым, он не позволит мрачным мыслям завладеть им. А завтра… пусть будет завтра. *** Оля не исчезла с наступлением дня. Ваня нашёл её на кухне. Она пила кофе и сидела у открытого окна, вдыхая запах сада. Он настолько смирился с её уходом, что ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что она всё ещё здесь. – Что хочешь на завтрак? – спросил он, заглядывая в холодильник. Ваня подумал, что может, если вести себя так, словно вчерашнего дня и не было, то всё останется как есть. – Я не голодна. – Это не дело, есть надо, – деланно весело сказал Ваня и достал пачку яиц и молоко. – Я приготовлю. Он насвистывал вместе