ветер, и Оля с тоской вспоминала жаркие дни в Вяземске. Она ходила по малознакомому городку, но, к своему удивлению, без труда нашла те немногие места, что знала здесь. Вот по этой дороге она ходила на электричку. Та отправлялась в 7:25. Полуэкспресс, останавливалась всего на двух станциях. А когда Оля шла назад, то заходила вот в этот продуктовый. Небольшой местечковый, не часть крупной сети, здесь работала приветливая продавщица, которая запомнила её и встречала радушной улыбкой. В выходной день Оля гуляла по городу. У неё был любимый маршрут – квадрат, в одном из углов которого стоял её дом. Было странно снова идти этой дорогой. Как будто это что-то из другой жизни. Впрочем, так и было. *** Мама приехала, как и обещала. Вместе с участковым они вскрыли дверь, тут же Наталья заменила и замок с ключами. – Фу, ну и вонь тут у тебя! – Ма, меня тут три месяца не было… Сейчас всё уберу. – Потом. Я проголодалась. Где тут есть приличное место? Приличных мест, с точки зрения Натальи, в Борвино не было. Но Оля отвела её в самый дорогой ресторан. – Кошмар какой. Никакого выбора. Всего пять видов пасты? А это точно итальянский ресторан? – Ма, это не итальянский ресторан. – Как ты вообще тут можешь есть? Оля пожала плечами, не желая вдаваться в подробности, что вообще здесь в первый раз. Они молча ели. Точнее, Оля молчала и почти не ела, а мать всё причитала. Ей не нравилось ничего. Ни место, ни еда, ни то, что дочь вызвала её из Тюмени, и теперь у неё болит голова от разницы во времени. Оля всё ждала, что мама спросит о подробностях её жизни. Поинтересуется, почему она развелась, что случилось с ребёнком. Кто такой Иван и почему Оля бросилась в воду. Спросит хотя бы, почему дочь не позвонила в день рождения матери, как делала это каждый год. Может, даже пожалеет её, когда узнает, что Оля теряла память. Но Наталья закончила ужин, расплатилась и вызвала такси. Дома она продолжала жаловаться на проблемы с бизнесом, налоги и трудности быть женщиной-предпринимателем, пока Оля поспешно прибиралась в квартире. Она почти не слушала, что говорит мать, расстилая для неё кровать. Сама Оля собиралась поспать на диване, не в первой. – Ох, как я устала, – не унималась Наталья. – Я лягу, хорошо? А то эта разница во времени… Оля кивнула, чувствуя раздражение. В Тюмени всего-то десять вечера! И она прекрасно слышала через закрытую дверь спальни, как мать с кем-то разговаривала по телефону и через час после того, как пожелала ей спокойной ночи. Самой Оле не спалось, она думала о Ване.