— Хорошо. Оставайтесь на месте, — не стал спорить царевич и положил трубку. Несколько секунд он обдумывал, что следует предпринять, а затем, раздражённо цокнув, набрал начальника охраны археологической партии. Выждал минуту, пока вызов не оборвался. Нахмурился, позвонил начальнику разнорабочих. В процессе пришлось сбросить вызов профессора, идущего по второй линии. Странно, но несмотря на то, что оба телефона были в зоне связи, они не отвечали.

— Ладно, допустим… — всё ещё не веря в происходящее, Михаил снова набрал профессору, который ответил мгновенно.

— Помогите! Пожалуйста! Они меня услышали! — раздался отчаянный вопль в трубке, а в следующее мгновение речь сменилась грохотом ломаемого камня и почти сразу оборвавшимся криком. Трубка при этом продолжала работать, и Михаил слышал, как раздаются низкие неприятные голоса. Но речь разобрать было совершенно невозможно, по крайней мере, этого языка он не знал.

— Срочно лингвиста ко мне, лучшего! — нажав кнопку вызова, сказал он референту. А пока искали переводчика, со служебного аппарата связался с Лебедем.

— Вы хотите, чтобы мы выслали группу быстрого реагирования? Куда? — поинтересовался загруженный генерал.

— В Аркаим, ближайшая должна быть в Магнитогорске.

— Да. В принципе там и военная часть должна быть, с вертолётом. Через полчаса они будут на месте, — ответил генерал, прикинув варианты.

— Благодарю, — сказал царевич. — Как прилетят, свяжитесь со мной, пожалуйста.

— Добрый день, ваше высочество, я князь Геннадий Оболонский, — войдя в кабинет, представился мужчина лет сорока в военном мундире. — Мне сказали, что вам нужна помощь.

— Да. Послушайте и скажите, что это за язык, — произнёс Михаил, включая громкую связь на сотовом. — Узнаёте?

— Белиберда какая-то, — хмурясь проговорил переводчик. — Я знаю девять языков и остальные могу, если не понять, то, по крайней мере, узнать. А это… первый раз такое слышу, ваше высочество. Может, это какая-то шутка?

— Если шутка, то крайне глупая, — постучав костяшками по столу, сказал Михаил, а затем, подумав, вновь вызвал Лебедя. — Мой телефон прослушивают?

— Нет, конечно, мы об этом позаботились, — даже слегка оскорбившись, ответил генерал.

— Жаль. Мне нужно, чтобы звонок с моего номера перевели на записывающее устройство, — попросил царевич. Лебедь пробормотал нечто нечленораздельное, но вполне угадывающееся, а затем пообещал, что всё будет выполнено.

Пока звонок шёл, Михаил с Оболонским пытались разобраться, что именно там говорят. Тот звонил знакомым, каким-то профессорам, но выяснить так ничего и не удалось. Все как один утверждали, что на земле этой языковой группы нет. А потом связь оборвалась, и при попытке позвонить повторно телефон оказался вне зоны действия сети. Возможно, села батарея, а может, что-то другое случилось.