— Благодаря тебе у нас не осталось живых сообщников.

— Врёте. Я первым ударом придавил несколько люстрой, они пусть и калеки, но выжить должны были. К тому же главный не собирался вступать в бой, стоило мне обратить на себя внимание, как он, наоборот, затаился.

— Главный? Ты его рассёк своим знаком напополам.

— Я рассёк их подставную куклу. Клоуна, который кричал и нервничал, а главный оставался жив. Под метр восемьдесят пять, мускулистый, но не распухший, как бодибилдер, с короткой причёской, балаклава не топорщилась, — прикрыв глаза начал я перечислять детали. — Цвет глаз не различил, слишком далеко, но в бронежилете он чувствовал себя уверенно и свободно, явно носит постоянно. Военный или, как вы сказали, ФСБшник. На втором этаже был.

— Вот как? Мы ещё не до конца отсмотрели видео, разбирались с текущими проблемами. Большую часть нападавших мы сумели опознать и без подробного расследования, все они разыскиваемые террористы, — подвёл итог Лебедь. — Так что первое подозрение ложится на них и на воскресшее движение коммунистов.

— На которых так удобно спихивать всех собак, не пытаясь докопаться до истинно виновных, — усмехнулся я. — А потом ещё приплести единственного, кто спас от расстрела на балу, чтобы гарантированно смыть с себя позор провала.

— Нет. Всё гораздо хуже. Вас сделают героями. Тебя и Михаила. Ну и, конечно, Александра, посмертно. В результате похороны у него и Николая будут в один день.

— Никого не смущает, что мы непохожи на царевичей полгода назад?

— Вы с Михаилом пойдёте под своими княжескими фамилиями. А погибшим братьям уже всё равно, какой слой грима на них будет. Если надо, просто сделают глиняную маску по фото и положат сверху, — спокойно пожал плечами Лебедь.

— А я ведь говорил… Я предупреждал, что объявление об охоте на бандитов не пройдёт даром, что они объединятся с террористами и прочими отбросами! А потом ещё и денег от наших врагов получат, для финансирования, — прислонившись затылком к холодной бетонной стене, проговорил я. — Без этого гнилого симбиоза у них ничего бы не вышло. Вы им сами все карты сдали.

— Может, и так. Но они пытались переломить ситуацию, а вместо этого только объединили против себя и верующих, и аристократию, и простых людей. Жаль погибших, искренне, но лучшего повода сложно было придумать, — мрачно проговорил Лебедь. — И сейчас вся государственная пропаганда раскручивает эту историю. На всех частотах, телевизионных каналах, в газетах и журналах. Император потерял двоих своих сыновей от рук террористов. Вместе с сотнями обычных верующих. Всенародная ненависть приближается к пиковой отметке. Такого не было с семьдесят девятого, когда во всех военкоматах очереди добровольцев стояли.