— Дочь, я всё понимаю. Я не собираюсь действовать опрометчиво, но и затягивать партию не стану! Для того чтобы разом накрыть всех связанных с преступлениями подонков — людей мне хватит. Что до твоего вопроса… Кто бы это мог быть? Кто угодно, — едко сказал Джун Хён и снова глотнул виски. Спешит, нервничает. — Бизнес можно вести честно, но, увы, не все в нашей семье так считают.

«Честно их можно вести, только если они не касаются твоей дочери, да?» — подумала Со Ён. Заноза о заговоре против неё так и сидела в сердце. Рана не прошла, и скорее даже воспалилась.

— Хорошо, папа. Я поняла тебя.

Отец будто не слышал её. Он смотрел куда-то вдаль, крепко сжимая стакан с виски:

— Завтра они у меня запоют как к-поп айдолы на приёме в Синем доме! С охотой и пребольшим желанием. Я разгоню это грязное гнездо и вычищу его. Кто бы ни организовал его в моей компании — мои люди вытащат имена, чего бы это ни стоило!

— А если нет? Это ведь война, папа! Война с человеком, чьего имени ты не знаешь. Бессмысленная и сразу проигранная, — осмелилась возразить Со Ён.

— Не учи меня делам, дочь! — ткнул в неё пальцем отец, — Я боролся за это место, когда ты ещё ни о чём кроме мультиков не думала!

— Может, мы должны пойти к дедушке? — стерпела и эту грубость Со Ён. — Вынести это на семейный совет? Имуги сказал про конфликт интересов, и…

— Айгу! Опять Имуги! Не говори со мною о нём больше! — воскликнул Джун Хён. — Имуги — это чёрная сторона семьи Сон! Прокажённая. Кто прибегает к помощи этого квисина — заражается гнилью бесчестия! Некоторые поступки уже не исправить, пойми! А ты пытаешься на него опереться! Он уже у тебя в голове!

— Он же служит нашей семье! Папа, я всегда думала…

— Он ли? — неожиданно зло перебил её отец. Имуги оказался его болевой точкой и разъярённый Джун Хён внезапно перестал быть родным, да и сам перед собой не видел любимую дочь. Видел оступившегося слугу! — Может, совсем наоборот? Может, это его отдел, а? Ты об этом думала? Вижу, что нет! У тебя же в голове только твоя карьера, на всё другое плевать.

— Я не верю своим ушам, папа… — она ещё держалась, пусть и чувствовала идущую из глубины волну гнева.

Джун Хён взял себя в руки, подошёл к дочке, положил ей руку на плечо, заглядывая в лицо:

— Прости, вспылил. Я всем сердцем ненавижу эту часть нашей жизни. Она сводит меня с ума. Сидит занозой на подкорке, и ты просто дёрнула её своим поступком. И тут, оказывается, в моей компании целое логово зла. Клянусь, завтра я вычищу эту скверну из «Тонгкан Солюшен». Не думай, что я не слышу твоих слов и что я спешу. Всё будет своевременно. Мне просто нужно сделать пару звонков, встретиться с твоим человеком и вместе с ним посетить наш отдел внутренней безопасности. После этого у меня будут все имена всех участников. Я ведь сказал тебе всё. Спасибо тебе за правду. Ты пришла к тому, к кому надо было идти сразу. Минуя это… Это чудовище.