Оставив своих, я направился к штабной повозке, где уже сворачивали воздушный шар раза в два больше моего. Палатку ставить не стали, но походный столик установили, и возле него уже стояла великая княгиня, штабные офицеры и командир полка.

— Ваше высочество, — отвесил я долженствующий поклон Долгоруковой.

Она ответила кивком и чуть склонила головку набок. Мол, какими судьбами? Отчего не бегаем как чёрт от ладана? Угу. Был такой момент. Я всячески старался от неё дистанцироваться, при том, что мы достаточно часто бывали наедине в охотничьем домике, когда там отсутствовали посторонние. Хвала порталам и появившейся возможности пользовать их без зазрения совести.

Так вот, я полагал, что афишировать наши отношения будет неправильно, пусть в реале у нас пока ни до чего такого и не дошло. М-да. Как по мне, то это уже чистой воды формальность, потому что в изнанке было всё, и в куда более ярких красках. Я до этого не испытывал ничего подобного за обе жизни.

— Господин полковник, — обозначил я короткий поклон теперь уже Уфимцеву.

— Пётр Анисимович, — ответил он.

— Ваше высочество, позвольте обратиться к господину полковнику.

— Прошу, — сделала она приглашающий жест, беря с походного столика кубок и делая небольшой глоток.

При этом Уфимцев, едва сдержав улыбку, отвернулся и подал какой-то знак своему адъютанту. Тот лихо отдал честь и свалил со скоростью звука. Вот как-то сомнительно, что с важным поручением, скорее всего, ему просто приказали удалиться, а его начальник получил возможность спрятать от меня и великой княгини свою морду лица.

— Павел Александрович, предлагаю нанести удар по татарам, пока они не пришли в себя, — произнёс я.

— Считаю это излишним. Мною уже отдан приказ по полку выдвигаться в прежнем направлении и порядке, даже трофеи запретил собирать, как и добивать оставшихся раненых. Разве только разрешил срезать мясо с побитых лошадей. Свежатина в котлы не помешает.

Правильно приготовленная конина, чтобы вы понимали, вкуснейшее мясо. Так что уберите свои презрительные ухмылки. У непутёвого повара и отборная говядина превратится в дерьмо.

— Но я говорю не о полке, Павел Александрович, а о своей группе. Мы уже показали противнику силу нашего оружия, теперь пришла пора проявить себя нашим сильным одарённым.

— Вы уже это сделали, Пётр Анисимович, ссадив пятерых одарённых как минимум седьмого ранга.

— Пётр, ты убил пятерых одарённых? — удивилась Мария.

— Да, это так, ваше высочество, — с поклоном подтвердил я и опять к Уфимцеву: — Но, господин полковник, это всего лишь один одарённый, к тому же на воздушном шаре, а значит, не простой дворянин. Я же предлагаю поставить окончательную точку, чтобы хан не трепыхался.