— Ну вот. А я о чём, — слегка разведя руками, поддержал я Долгорукову.

— Но я ещё не решила… — начала было Лиза.

— Так решай, — отмахнулась великая княжна.

Половой принёс бумагу, перо и чернила, после чего мы втроём засели за послание «турецкому султану». Получилось довольно весело и громко. Я даже пару раз оглядывался по сторонам, не слишком ли мы шумим. Зато девчата даже не заморачивались по этому поводу, хотя в нас и стреляли неодобрительными взглядами. Впрочем, дальше дело не шло, похоже, уже знали, кто устроился за дальним столиком.

К слову, моя инициатива, Мария порывалась устроиться на самом почётном месте, у окна. Но мне как-то не улыбалось сидеть у всех на виду вместе с потенциальной мишенью. Её компаньоны и вовсе мышей не ловят. Эта сладкая парочка устроилась за соседним столиком и так же попивала кофе с пряниками. Телохранители итить их в душу мать нехай!

— Так, Пётр, тебе направо, нам налево, как переоденешься, подходи к нашей усадьбе, — когда мы наконец оказались на улице, решительно произнесла великая княжна.

— Не согласен, — возразил я. — Чего мне понапрасну ноги бить. Как переоденетесь, подходите к моей съёмной квартире. Лиза знает где. Там же неподалёку есть приличный трактир.

— Лень это грех, Пётр Анисимович, — назидательным тоном произнесла Мария.

— Знаю. Но ничего не могу с собой поделать.

— Значит, договорились, ожидай на своей квартире, — подытожила великая княжна.

Показалось или девица слегка обрадовалась возможности взглянуть на мою берлогу. Мелькнуло эдакое лёгкое возбуждение и интерес. Только кто же станет дожидаться их в квартире, обожду у парадной, благо там имеется лавка.

Признаться, я уже и не знал, как относиться к Долгоруковой. С одной стороны, вроде как ничего не поменялось. Друзья для сильных мира сего были, есть и будут расходным материалом. Представить себе что-то иное я попросту не могу. С другой, по-прежнему отталкивать её при том, что она и впрямь старается, наступая себе на горло, как-то неправильно, что ли.

Опять же, если у неё получится продавить папашу насчёт протекции для Лизы, то за это можно немного и потерпеть. Что ни говори, а Московский университет это в первую очередь не уровень образования, а связи. Конечно, бесталанной Лизе в кругу перспективных одарённых придётся не так уж и легко, но тут близость с великой княжной, если таковая сохранится, как раз окажет положительный эффект.

Что же до меня, то Мария уедет уже в конце лета, я к ней не пристёгнут, а пару-тройку дней в её обществе уж как-нибудь переживу. Ради сестры и не на такое пойду. А после — рядовой гвардии Измайловского драгунского полка одарённых Ярцев, прошу любить и жаловать. Муштра, учения, опять муштра, караулы, летние лагеря, боевые выходы или сопровождение высоких персон. Служба, одним словом.