— Ходу, — кивая в сторону звуков схватки, принял решение я.

Глупость? Возможно. Но, во-первых, не дело оставлять без помощи людей проезжих, потому как пусть я и не лучший образчик человечества, лихой народец я всё же не люблю. А во-вторых, я сейчас настолько зол, что о-о-очень хочется порвать кого-нибудь как Тузик грелку.

* * *

Тракт вился серой лентой вдоль протяжённого увала с одной стороны и колосящихся полей с другой. По золотому морю то и дело пробегали волны от игривого сухого ветра. Из-под копыт поднимается шлейф пыли. Вот так сразу и не скажешь, что ещё позавчера прошёл обильный дождь, уж больно быстро просохла земля.

Глянув назад, Мария в очередной раз похвалила себя, что не захотела остаться в лёгкой карете вместе со служанкой. Она способна защитить от непогоды, и даже зимой в ней можно установить небольшую печурку, но не предохраняет от пыли, просачивающейся в мельчайшие щели и взвесью поднимающейся внутри. Бр-р!

Пара боевых холопов держится передовым дозором достаточно далеко впереди, чтобы пыль из-под их копыт уносило в сторону. Двое компаньонов чуть позади, между нею и каретой. Так что великая княжна ощущает лишь ветер в лицо и пряный запах степного разнотравья.

Вокруг ни кустика, только низкая трава, подъеденная пасущимся здесь скотом. И вдруг справа, словно из-под земли, появились с дюжину неизвестных с прикрытыми лицами. Одновременно с этим от двоих из них метнулись росчерки «Огненных копий». Случилось это настолько внезапно, что компаньоны, одарённые шестого ранга, не успели среагировать, и плетения, проломившись сквозь «Панцири», пронзили их тела насквозь, оставив лишь дыры с обгорелыми краями.

Одновременно с этим грохнул нестройный залп из фузей. Мария ощутила лёгкие тычки в бедро, бок и плечо, но смертоносный свинец не причинил ей вреда. Её собственного «Панциря» хватило бы разве только на отражение пистолетной пули, но амулет на груди с честью справился с этой задачей. А вот лошади под ней повезло куда меньше, амулеты способны прикрыть только владельца. Ласточка коротко заржала и полетела через голову, увлекая за собой и всадницу.

Если бы Долгорукова была не в дамском седле, а в обычном, к которому уже привыкла в кадетском корпусе, то успела бы соскочить, выдернув ноги из стремян. Учили их крепко, так, что тело всё делало само, а ты только потом осознавал случившееся. Но с двумя передними луками так запросто не управиться, а потому она полетела через голову кобылы. Спасибо плетению «Ловкости», в самый последний момент успела высвободить ноги и сгруппироваться, только юбки взметнулись.