— Ружьё, — передавая назад разряженную двустволку, приказал я.

Дымок без лишних слов передал мне оружие. Однако не успел я прицелиться во второго одарённого, как ощутил пару лёгких тычков в живот и бедро, а рядом прожужжали ещё две пули. Оставшиеся простецы успели перезарядить фузеи и выстрелили в меня. А молодцы, сволочи, метко бьют! На дистанции в полтораста шагов попасть в человека из гладкоствола, да ещё и круглой пулей, это уметь надо.

Мария, наконец, сообразила, что происходит, и побежала в сторону второго одарённого, который так же выхватил шпагу и выкрикнул команду оставшейся четвёрке. Те сразу же бросились в мою сторону, стремясь свести всё к рукопашной. А как ещё их понять, коль скоро они на бегу выхватывали клинки.

— Дымок, держись позади, — напомнил я молочному брату, вскидывая ружьё.

Я успел выстрелить, прежде чем Долгорукова добежала до одарённого, но тот, скорее всего ориентируясь по дымам из стволов, сумел дважды избежать попаданий стреловидных пуль. Ну что тут скажешь, плетения усиления в действии. Ловкость и реакция выше всяческих похвал, так как успеть среагировать в доли секунды, это, я вам скажу, уметь надо. Однозначно не бесталанный одарённый.

Долгорукова сошлась с противником, и тот вновь заставил меня уважительно крякнуть. Уворачиваться от выстрелов и одновременно вести бой с великой княжной непростая задача, поэтому он пошёл по другому пути, выставив между нами Марию.

Пока стрелял в одарённого, успели приблизиться его люди. Я выронил ружьё и рванул из кобур пистолеты. Сдвинул полозки предохранителей, одновременно вскидывая оружие. Четыре выстрела отзвучали скороговоркой, и все четверо повалились в траву. Ну а что такого-то? Стреляю я хорошо, бояться пальбы или прилетевших плетений мне нечего, а потому отработал, как на стрельбище. Всё же великое дело эти амулеты.

— Дымок, пистолеты, — роняя разряженные в траву, приказал я.

Тот без лишних слов сунул мне в руки свои заряженные двустволки, и я сорвался с места, успев крикнуть за спину:

— Не приближайся ближе, чем на двести шагов!

Одарённый, без сомнения, ловкий и умелый боец, но и Марию не в дровах нашли. Недаром с ней занимались лучшие учителя, ну и за прошедший год в корпусе она успела чему-то научиться. Держалась Долгорукова не просто достойно, но ещё умудрялась и переходить в контратаки, а может, противник просто затягивал поединок, прикрываясь ею. Не успел я пробежать и трёх десятков шагов, как он взорвался каскадом ударов и выпадов, завершив атаку ударом ноги в грудь. Вернее, даже толчком, опрокинувшим её навзничь. Три стремительных шага, и подъём его стопы влетел ей в голову, опрокинув на правый бок и заставив замереть без движения.