— Ты что такой нелюбезный? — улыбка Максима стала еще шире: — Я пришел к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало…

— Тебя подбросить? — я щелкнул пультом «сингалки» и стоящий у ворот «Ниссан» поприветствовал меня двойным морганием подфарников: — Только давай побыстрее, у меня сегодня дел полно…

— Я спешил сказать тебе, что вчера некто Абукир выехал на родину, на лечение, и вряд ли в скором времени вернется в матушку Россию. — мне протянули «поларойдный» снимок, на котором худощавый азиат с, загипсованными по самые плечи, обеими руками, стоял у вагончика, на котором был натянут транспарант «Счастливого пути». На задней части снимка можно было различит такой-же вагончик, над которым была натянуто полотнище с надписью «Казакстан республикасы» или что-то вроде того.

— Погоди, он же Вовку ножом ткнул, и вы его из страны выпустили? — разозлился я.

— Нет, мы должны были его в управление волочь, а потом все вместе сесть, за то, что мы свидетелей по твоему делу смертным боем били! — оскалился Максим: — Самому неприятно, но это была часть договоренностей. Достон и Угулбек поговорили со своими старшими, и написали явки с повинными, что они, действительно, вместе с покойником Азизом, убили участкового, который их через день на деньги разводил, попытались сжечь тело вместе с машиной, типа, замкнуло проводку, а на следующий день пытались выехать из страны, ну и дальше было все, как ты и рассказывал. И про то, как Азиз оружием этому Абукиру угрожал — Максим ткнул пальцем в фото узбека с загипсованными руками: — Короче, обо всем. Так что расслабься, вряд ли прокуратура сейчас будет иметь к тебе претензии. А вот ты мне остался должен, и надо рассчитаться прямо сегодня. Кстати, твой мотоцикл на «ходу»?

— Ну я, вообще-то, твоего дружбана от смерти спас…- меня невольно передернуло, и я попытался «съехать» с этой темы. День обещал быть солнечным, вот только кататься на «Урале» при температуре плюс пять, меня откровенно не вдохновляло.

— То, что спас — это конечно молодец, но я не думал, что ты факт спасения коллеги поставишь на такие коммерческие рельсы. — погрозил мне пальцем Максим: — Кроме того, карта Гиппократа и все дела…

— Какая карта Гиппократа? — изумился я: — Не карта, а клятва, и я, что — доктор?

— А при чем тут ты? Вовке-то, Иринка операцию делала.

Ну вот так всегда. Я значит, в «золотой час» этого недорезанного Володю перевязываю, что расцениваю, как подвиг, эвакуирую его, когда любая минута на счету, а, оказывается, это Ирина парня спасла, а я так. рядом постоял. И оказывается Ирина целую операцию сделала, а это я, между прочим, рану, вовремя, «минералкой» промыл!