Гости с Юга заозирались по сторонам, после чего решительно двинулись в мою сторону, обходя меня с боков.

Всегда было интересно, почему люди тупо прут на вооруженного человека, считая себя бессмертными.

Я шустро отходил назад, бестолково лапая лаковую, белую кобуру и крича, чтобы ко мне не смели подходить, а парни, победно улыбаясь, перебрасывались короткими фразами на тюркском. Главное для меня сейчас было не споткнуться и продержаться еще несколько секунд — с пригорка, чуть пригнувшись, бежал мне на выручку Максим.

— Этот баран стрелять не будет…- последнее, что успел сказать водитель «Жигулей», кажется Альмир, после чего начал оборачиваться, видимо что-то почувствовав, но кривой сук в руках Макса с сухим стуком соприкоснулся с забубенной головой пришельца.

Я успел выдернуть пистолет из «дубовой» кобуры из кожзаменителя, после чего пришлось запихивать ее обратно. За пару секунд Максим, как опытный фехтовальщик с японским боккеном, успел жесткими ударами в головы, уложить всех троих нападавших. Я поморщился, глядя на кровь, текущую между пальцев ребят, что вопя, катались по земле. В мою черепушку столько лет вдалбливали, что бить гражданина по голове нельзя категорически, а тут Максим тремя ударами сломал мне несколько устойчивых стереотипов.

Пока я раздумывал об упущенных возможностях, демон по имени Макс продолжал творить непотребное. Пиная вопящих «потерпевших», опер продолжал выламывать гражданам руки и ноги, щедро заматывая их армированным скотчем.

Закончив фиксацию клиентов, оперативник городского управления приступил к потрошению злодеев.

— Кто главный из них?

— Вот этот. — я осторожно коснулся лысой головы Альмира.

— Понял. — Максим, как заправский футболист, пнул по ребрам обоих пристяжных, которые уже немного пришли в себя и начали выкрикивать какой-то бессмысленный набор слов, типа «вам конец», «жалоба», «прокуратура», после чего подскочил к Альмиру, попытался ухватить его за волосы, чтобы помочь подняться, но не обнаружив растительности, ухватил парня за ухо и потащил его к машине.

— Где наркота? Где наркота, сука! — после того, как Максим впечатал Альмира лицом в стойку багажника, что-то понимать перестал, как я, так и Альмир. Максим вел себя с задержанным, как плохой полицейский, очень-очень плохой…

— Где сука наркота⁈ — Максим сбил парня на землю, навалился на него, вминая чужое лицо в влажную от дождя глину.

Через десять минут размазывая по лицу злые слезы и отплевываясь глиной, Альмир прохрипел, что все лежит в запасном колесе.

Максим оттолкнул Альмира и рывком выдернул из багажника «запаску», и, схватив один из отобранных у задержанных ножей, принялся кромсать бок покрышки.