— Это измена, Сириус, — вздохнула генерал, тяжело опираясь о край стола. — Государственная измена.
— Я хотел построить город, Лин. Настоящий город. У меня были такие планы…
— Планы как увешать себя золотом и как из крепости сделать свой дворец? Я видела его — вместо бойниц у тебя витражи, Сириус. Проклятые витражи!
— А ты думаешь, это легко⁈ — внезапно завизжал чиновник. — Легко сорок лет жить в военном укреплении? Вечно потные, вонючие солдаты. Ни улиц, ни площадей — только плацы и тренировочные. Вонь пороховая уже по ночам сниться начинает… Я жить хотел, Лин. Жить! А не существовать.
— Все хотят.
— Все хотят, а у меня была возможность сделать. И я сделал! Или ты думаешь, у меня людям плохо живется? Да отлично! Есть торговля, мы улицы проложили, дома поставили, площадь центральную соорудили. Цирки вон привозим, таверны ставим, кабаки, школу построили. Или ты думаешь весело солдатским семьям в гарнизоне? Да они детей своих с раннего детства не видят! Отпускают в города — учиться. А те и не возвращаются уже никогда.
Народ из тех, кому было совсем мерзко, повернулся обратно к Сириусу.
— Ну да, имел я с этого свой кусок, — продолжал чиновник, — а кто не имеет? Все имеют! Да даже король, я уверен, отрезает себе часть пирога! Такова жизнь, Лин. Чтобы сделать что-то хорошее людям, нужно чем-то пожертвовать.
— И ты пожертвовал своей душой.
— Душой? — Сириус поднялся на ноги и выпрямился. Он вытер лицо и поправил одежды. На мгновение где глубоко внутри этого борова Хаджар разглядел того самого генерала, что заслужил награду из рук короля. — Дура ты, Лин. И все вы дураки, если думаете, что устоите против этой орды! Надо договариваться! Может, ты отдашь им в плен часть армии. Может, еще что…
— Ты сошел с ума.
— Солдафоны, — истерично засмеялся чиновник, — если вы умрете… Вы — старшие офицеры, то армии не будет. А простую солдатню всегда можно заменить.
Хаджар посмотрел на генерала. Он встретил взгляд ее стальных серых глаз. Она ему медленно кивнула.
— Это измена, Сириус, — повторила она. — Гори теперь в бездне с демонами.
— Дур…
Не успел чиновник договорить, как его голова упала с плеч и покатилась по доскам.
Хаджар убрал меч солдата, которого держал Догар, обратно в ножны. Он не собирался пачкать свой клинок подобной кровью.
— Эй, ты, — Лин окликнула человека-крысу.
— Д-д-да, мой генерал. — Тот рухнул на колени и начал биться лбом об пол.
— Теперь ты — новый начальник гарнизона. Не знаю, как ты это сделаешь, не знаю, где ты их найдешь, но через две недели на стенах должна стоять сотня пушек. Ты меня понял?