Мечник в красных одеждах принял легкую, плавную стойку. Он слегка взмахнул клинком, и молот, способный дробить крепостные стены, не задел и волоска на его голове. Он, будто ведомый невидимым потоком ветра, оплыл Хаджара и обрушился на землю в метре от его ног. От удара многие солдаты вздрогнули и едва не потеряли равновесие, а в том месте, где опустился молот, образовался едва ли не метровый овраг.
Генерал дикарей так и не смог еще раз поднять свое могучее оружие. Как не смог он и зарычать или осознать, что же произошло.
Свистнула сталь, сверкнул клинок, и голова скатилась с плеч генерала.
Дикари закричали и рванули в атаку, но тут же нарвались на подоспевшую пехоту и кавалерию Лидуса.
Внезапно со стороны форта в небе сверкнула одна, затем вторая, а после на землю пролился целый дождь из белых молний-драконов.
— Сигнал, — закричали офицеры Лидуса и направили войска в сторону форта.
Со стороны это выглядело так, как если бы войско генерала Лин дрогнуло и начало отступление. Дикари закричали, предчувствуя скорую победу, и бросились в погоню.
К форту вместе с остальными бежали и Хаджар с Неро. Вот только выбрали они слегка непростой путь. Вместо того чтобы бежать к пробитым тараном воротам, они ринулись к осадной вышке дикарей.
Шел четвертый час битвы.
Глава 69
Неро и Хаджар прорубились к осадной вышке. Огромному сооружению из бревен, с внешней стороны укрытых листовым железом и щитами. Внутри же, по лестницам и бревенчатым пролетам поднимались сотни дикарей. Сплошной вереницей они шли наверх, пока не оказывались у моста, своеобразного «языка» данного сооружения. Он откидывался за зубцы стены и крепился несколькими крюками. Такими тяжелыми, что просто так их было не поднять.
Хаджар и Неро поднимались по орошенным кровью бревнам. Стрелы все же порой находили брешь во внешней стене и впивались в тела осаждавших. Тогда их сбрасывали прямо вниз, и именно поэтому с обратной стороны у вышки не было ни стены, ни иной преграды. Иначе уже через десять минут приступа лестницы оказались бы забиты телами умерших.
Пронзая спины врагов, Хаджар и Неро взбирались все выше и выше. После первого пролета кто-то все же заметил, что сзади их теснят вовсе не союзники, а два воина с окровавленными лицами и клинками. Их глаза горели изумрудами бездны, а на теле и броне не было ни единого места, чистого от крови.
Завязалась битва внутри вышки. Но несмотря на то, что Хаджар и Неро уже тяжело дышали, а их клинки орудовали все медленнее и медленнее — у дикарей все равно не было ни шанса. Их пронзали и рубили, а тела скидывали вниз, заваливая вход в вышку спешащим на подмогу пехотинцам.