— Да, — твердо ответил Смятин. — Свои мысли по этому поводу я озвучил.

— В таком случае, вы уже должны понять, что все не так просто, а закрытие пустошей — это не глупая блажь и желание войти в историю. Демонолюбы повсюду, и на их одурманенное жертвоприношениями сознание инферналы с легкостью воздействуют, заставляя принимать то или иное решение, что в итоге приведет к закату человеческой цивилизации.

— Очень даже хорошо понимаю, — все еще недоуменно покачал головой Афанасий Степанович. — Они ближе, чем кажется на первый взгляд.

— Раз вы осознаете ошибочность суждений, то, может, мы с вами устраним возникшее недопонимание? По горячим следам, так сказать?

— Я готов, — уверенно кивнул князь.

Открыв дверь, я пригласил Потанина. Он поздоровался с моим собеседником и протянул ему папку с подготовленными документами.

Быстро пробежав глазами бумаги, Смятин взял предложенную Романом ручку, поставил подпись и дату, а затем, когда мой советник удалился, с легким любопытством спросил:

— Так что же на самом деле заинтересовало вас в тех землях?

— Возможность обменять их на кое-что для меня важное, — не стал скрывать я и тоже решил задать вопрос: — Вас судьба каких-то земель беспокоит больше, чем жизнь сына?

— Если вы не убили его сразу, то не убьете сейчас. А ему, знаете ли, будет полезно посмотреть на обратную сторону того, чем он любит заниматься. Пусть немного прочувствует взрослую жизнь, ответственность за свои действия и поймет, что смертен. Надеюсь, после подобного урока его мозги немного встанут на место, — ответил Смятин. — Хотя, думаю, он уже все осознал, так что можете его отпускать.

— Не так быстро, Афанасий Степанович, — покачал головой я. — Помнится, вы обещали назвать имена церковнослужителей, рассказавших о моем непосредственном участии в закрытии Сейловичской пустоши.

Смятин задумчиво посмотрел на все еще заваленную льдом арену, затем перевел взгляд на мой телефон и сказал:

— Мне нужно позвонить.

А уже через каких-то десять минут в ложу вошел телохранитель князя и передал нужные бумаги.

— Здесь не только имена выдавших вас, — сказал князь, — но и общая информация по определенной части священников, которые были недовольны закрытием пустоши.

— Вы хотели сказать, определенной части альтернативно одаренных фанатиков, которые уверены, что пустошь должен закрывать лишь аватар Спасителя? — уточнил я, быстро проходясь по фотографиям церковников и их кратким характеристикам.

Кстати, что любопытно, мне попалось изображение викария Симеона, того самого начальника временного штаба инквизиции, который участвовал в закрытии пустоши.