Продышавшись, я отлип от стенки и, стараясь не делать резких движений, огляделся по сторонам.

Судя по свету потолочных ламп, сейчас был обед или около того.

Обед!

В животе заурчало так громко, что меня аж согнуло пополам. Казалось, ещё чуть-чуть, и мой желудок начнет переваривать сам себя.

С трудом выпрямившись, я постарался принять невозмутимый вид, и поплёлся в сторону столовой.

Добравшись до столовой, я уставился на закрытые двери. Интересно, она ещё не открылась или уже закрылась?

— Опоздал братец, — подсказал проходящий мимо зэк с метлой в руках. — Ты бы это, шёл свое задание выполнять, а то полицаи последние дни рвут и мечут.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил я мужика и направился в сторону аккуратных белых заборчиков.

Поработать всегда успеется, но для начала мне нужно пообщаться с Манулом.

К счастью, полицаев мне не встретилось, а те заключенные, которые попадались на пути имели деловой вид и куда-то спешили.

Я такому повороту был только рад.

Не дай Бог, кто-нибудь прицепится и позовёт в Круг. А я сейчас не то, что драться, чихнуть спокойно не могу. От любого напряжения голова взрывается болью.

Добравшись до забора Манула, я некоторое время думал, как поступить дальше — перешагнуть и постучаться в дверь или всё же дождаться его появления.

По идее, я мог перешагнуть тридцатисантиметровый заборчик и даже зайти к манулу в дом — он сам гарантировал мне безопасность.

Но вспомнив отношение перевертышей к своей территории, решил подстраховаться.

— Тук-тук-тук! — я повысил голос и тут же поморщился от всколыхнувшейся головной боли.

Дверь тут же распахнулась, будто перевертыш ждал меня за ней, и коротышка расплылся в довольной улыбке.

— Михаил! Я уж думал ты не придешь!

— В гости пустишь? — уточнил я, стараясь унять головную боль.

— Проходи, малыш, — Манул добродушно повел рукой. — Я же тебе ещё в прошлый раз сказал, что ты можешь гостить у меня бессрочно.

— Благодарю, — я аккуратно перешагнул заборчик и направился к бараку. — Манул, а есть что-нибудь от головной боли и поесть?

— Знаешь, малыш, — коротышка смерил меня взглядом своих жёлтых глаз и посторонился, давая проход. — С любого другого я бы взял золотом по весу еды, а за порошок спросил бы услугу.

— Но? — подыграл я, заходя в берлогу Манула.

— Но для тебя все сделаю так, в благодарность за кресло.

— Спасибо, — я вежливо поблагодарил перевёртыша. — Куда можно присесть?

Изнутри барак выглядел как что-то среднее между охотничьей сторожкой и додзё. Камин, брошенный в углу соломенный тюфяк, крепкий дубовый стол с лавкой и… макивары.