Беда
Страница 131 из 168
Настройки чтения
18px
1.8
1

Беда

Страница 131

Кладет томик в последнюю коробку вместе с двумя поэтическими сборниками, небольшим сборником пьес и листовкой с годовым репертуаром местного театра. Последнюю можно было и выбросить, Лорис знает, что больше не вернется сюда, но хочет немного продлить жизнь этому ничтожному клочку бумаги.

На следующий день отец приезжает за ним на взятом в прокат фургоне, они вместе загружают в кузов мешки, пакеты и коробки, ставят их друг на друга, чтобы влезло все.

Ключи лежат на кухонном столе, Лорис из вредности забрал с собой отвертку и несколько хозяйских прищепок, оставил оплаченные квитанции и старый CD-диск с произведениями Моцарта, положив рядом записку:

“Judex ergo cum sedebit quidquid latet apparebit. Nil inultum remanebit”[6] .

“Кто знает, уверуют ли они после этого”, – думает Лорис, закрывая заднюю дверь фургона.

Прежде чем завести мотор, отец смотрит на него, и сын готов услышать очередное замечание, заслуженные выговоры и поучения, но Сандро только треплет его по плечу и поглаживает по руке.

– Поехали домой, – говорит он, и машина трогается с места.

На нем очки для зрения, на голове год от года все меньше волос, он кажется призраком прошлого, персонажем из сна.

Лорис молчит и видит, как за окном сменяются городские пейзажи, все больше спальных районов, многоэтажных домов с балкончиками метр на два, зданий восьмидесятых годов, на въезде на Виа Аурелия, как обычно, пробка, табличка “МакДрайв”, промышленные здания, склады, где свалены в кучу широкие каркасы для уличных бассейнов, розничная продажа шкафов и комодов, роскошные жилые комплексы на границе с кольцевой автодорогой, трехполосная магистраль, указатели, обозначающие дорогу, ведущую к окраинам.

Когда он заходит в комнату, его встречают голые, пустые стены, пространство, очищенное от обломков юности, плечи горбятся, грудь деревенеет, покрывается пластинами, как застеленная дранкой кровля, он прячется в раковину, сворачивается калачиком, лежа на односпальной кровати и повернувшись лицом к стене, на ней та же штукатурка, что и в детстве, когда он ночами не мог уснуть и подолгу рассматривал ее.

Вероятно, скоро Клара постучится в дверь и спросит, как он себя чувствует, он не захочет отвечать и скажет ей уходить, но она с удивительным постоянством и упорством будет возвращаться каждые двадцать минут и снова спрашивать, на этот раз не принести ли ему сок или что-нибудь на полдник, как будто ему еще двенадцать.

– Я уже не ребенок, – напомнит он ей, и она обидится, потому что просто хотела проявить участие, но ее участливость теперь только во вред, вызывает жалость и раздражение.

назадназад
1 ... 129 130 131 132 133 ... 168
впередвперед