– Да, но почему они ложатся на спину?
Таракан умер, сколько ни трогай его ножки, – ничего не происходило, тельце похолодело, сраженное средством от насекомых со специальной точечной насадкой.
– Люди, когда умирают, тоже не стоят столбом, – ответил Темпеста и вытащил наружу первый из зеленых проводов, спутанный клубок маленьких лампочек и электрических цепей.
Лорис задумался и мысленно согласился с ним.
– Они все утонули! – пронзительно воскликнул он. Он все внимательно проверил: на борту не было спасательных жилетов, море стало гладкое и черное, ни один таракан не уцелел.
– Молодец, а теперь иди помоги мне: возьми эти украшения и начни распутывать.
Темпеста протянул Лорису коробку, тот сел на корточки, заглянул внутрь, отодвинул в сторону мишуру – золотистая, ярко-синяя, розовая – и обнаружил под ней электрическую гирлянду, самую хрупкую, взял ее в руки и, устроившись на полу, нашел начало, терпеливо распутал – вверх-вниз, вверх-вниз, осторожно – узел, разложил на полу в длину, отнес Темпесте, чтобы закрепить ее на сушилке при помощи прищепки.
– Нужно, чтобы они отвиселись, – пояснил он.
Дедушка повторял эти действия каждый год, как будто желая убедиться, что Лорис понимает, зачем нужен этот ритуал, именно эти этапы, эти неизменные шаги, и мальчик кивнул.
– А что потом? – спросил он, хотя сам помнил, что идет следом, но ему нравилось, когда Темпеста озвучивал последовательность действий снова и снова, каждые двенадцать месяцев: такая у них традиция на Рождество, на самый любимый праздник.
– Потом нужно их проверить и посмотреть, какие работают, а какие нет, заменить перегоревшие лампочки, подкрасить эмалью те, что выцвели. Повесь пока мишуру на вешалку, пусть проветрится, – добавил он.
Лорис тут же повиновался, ведь указания Темпесты следовало исполнять с точностью: эти правила сложились за время их долгого, почти бесконечного пребывания вместе.
– А какое Рождество в Африке? – поинтересовался внук, стараясь забросить мишуру на крючки, но те висели слишком высоко; он предпринял несколько попыток, Темпеста дал ему возможность раз за разом повторить действия: помочь ему было бы слишком просто, нужно научиться справляться с трудностями и проявлять самостоятельность, потому что дедушка не всегда будет рядом и не поднимет его на нужную высоту.
– Жаркое, очень жаркое, – Темпеста положил на пол несколько связок гирлянд, похожих на розовые кусты.
– Это разве не странно – жаркое Рождество?
– Когда оно всегда жаркое – нет.
Лорис кивнул в знак согласия: и то правда.
Он любил размышлять о долгой жизни своего дедушки, об истории его семьи, которую знал лишь из баек, например о Рождестве под эвкалиптами и пальмами, о мясе антилоп, которое мариновали в вине и тушили, о ракушках размером с кулак. Ему нравилось писать в школьных сочинениях, что его отец родился в Асмэре, а Темпеста работал на американцев, строил автомобильные дороги в пустыне. Жизнь других людей не была такой сказочной, а их – очень даже была.