Я промолчал. Она ведь и так всё знает! Вижу по её хитрым глазкам, и этой проклятой ухмылке!

— Где мы? — спросил я, оглядываясь, чтобы отвлечься от её взгляда и осознать, что происходит.

Обстановка сменилась слишком резко. Теперь меня окружала странного вида гостиная: кристальная люстра мягко светилась над головой, испуская тёплый золотистый свет, диванчики и кресла были покрыты чем-то вроде мха — мягким, зелёным, пахнущим лесом. Ковёр на полу казался сплетённым из живых растений, шелестящих под ногами, паркет блестел, как отполированное дерево, а на столике лежали фрукты — яркие, с незнакомым ароматом, похожим на смесь цитруса и мёда. Какой-то рай вегана, честное слово!

— Это мой дом, — ответила Тайла с улыбкой.

«А девочка-то преобразилась!» — подумал я, скользнув по ней взглядом. От той стервозной красотки, что я помнил, не осталось и следа. Сейчас она была отмыта, в светлом платье повседневного кроя, мягком, как облако, с распущенными волосами, искрящимися светом, будто сотканными из солнечных лучей. Но этот милый вид меня не обманет — я-то знаю, какая она на самом деле!

— Тебя нашли мои ребята, — послышался мужской голос, и я обернулся, чувствуя лёгкий укол любопытства. — Меня зовут Валис.

Он стоял, облокотившись руками о спинку дивана, и внимательно изучал моё лицо. Высокий, с резкими чертами, в лёгкой броне, покрытой царапинами, и с взглядом, который мог пробуравить сталь.

«Точно. Брат Тайлы, это он тогда первым влетел на виверне», — вспомнил я, прокручивая в голове тот хаос на арене.

— Ты выглядишь куда приятнее большинства регенератов, — сказал он неожиданно, и в его голосе мелькнула нотка удивления.

— А? О чём ты? — нахмурился я, не понимая, к чему он клонит.

— Слушай, а все регенераты могут так внешность менять? — спросила Тайла, наклоняясь ко мне с любопытством.

— Да о чём вы говорите⁈ — рявкнул я, чувствуя, как терпение начинает трещать по швам.

Все посмотрели на меня недоумённо, будто я сказал что-то абсурдное, и Тайла, хмыкнув, вручила мне зеркало, лежащее на небольшом комоде из тёмного дерева. Я поднёс его к лицу, слегка дрожащими руками — я ведь ещё не видел себя в отражении, да и не особо хотел. Зачем киборгу зеркало? Но любопытство пересилило, и я взглянул.

— Не хрена же себе… — прошептал я, чувствуя, как челюсть отвисает.

— Невероятно, он сам не знал, — сказал Арминион, и его голос прогудел, как далёкий гром.

Передо мной было почти человеческое лицо: тёмные волосы, слегка растрёпанные, голубые глаза, яркие, как небо, и вообще, очень даже симпатичный парень! Ох-ё! Да этот чертяка симпатичнее, чем когда я был человеком! Правда, только частично лицо напоминало человеческое. Почти всю правую сторону заполнили кибернетические элементы: округлый светящийся глаз-объектив, поблёскивающий красным, переносица из стали, холодной на ощупь, и весь лоб в странных геометрических элементах, явно служащих какой-то цели — может, датчики или усилители. Но чёрт возьми! Я уже выгляжу не как грёбаный терминатор без кожи, даже лучше Робокопа!