Солдату на войне нужна еда, которая мало весит и долго хранится. В моём прежнем мире над такой провизией бились лучшие умы. Прессовали в брикеты всё, что нужно телу, белок, жиры и крахмал. На одном хлебе далеко не уедешь, нужно полноценное питание со всеми необходимыми веществами.

У меня как раз были готовые семена мучника, которые я вывел благодаря изумрудному катализатору. Растение из семени, которое даёт готовую муку прямо на стебле, и в этой муке, если верить системе, белка и углеводов было столько, сколько обычному зерну и не снилось.

Добавить к нему жир, ужать, просушить. Сделать плитку размером с ладонь, которой солдат сыт целый день. Если довести такое до ума, империя оторвёт этот припас с руками, и никакой граф со своими условиями мне больше не указ.

Пока это были только мечты, честно себе признался я. Но мечты имеют свойство сбываться у тех, кто готов отчаянно работать над задумкой.

Одно я понял на этой площади твёрдо. Времени у меня не осталось. То, что везут в центр Вернер и прочие здешние землевладельцы, империю не прокормит, это капля в море. Наставал час, когда каждый клочок плодородной земли шёл на вес золота, и мой участок, самый жирный на всём фронтире, обязан был заработать в полную силу. Быстрее, чем я планировал ещё вчера.

Я выбрался из толпы, поправил кошель с двадцатью зиллингами и зашагал к улице с торговыми рядами. Список дел на сегодня никто не отменял, и он у меня только что вырос вдвое.

Главная улица Преславицы тянулась от площади до самого поместья Гулоса, и обычно в базарный день здесь было не протолкнуться. Сегодня половина народа торчала на площади, пережёвывая новости, и я дошагал до лавки, где продают инструменты, быстрее обычного.

Лавка встретила меня голым прилавком.

Раньше хозяин выставлял товар прямо на улицу, вдоль стены рядами стояли лопаты и вилы, на крюках висели косы, красовались топоры на любую руку. Может, он сейчас стоит в собравшейся вокруг глашатая толпе? Я увидел приоткрытую дверь в лавку, толкнул её и вошёл. Хозяин, как оказалось, никуда не уходил.

Лавочник, пузатый мужичок с лысиной во всю голову, убирал в сумку какие-то свёртки, а полки за его спиной были пусты.

— Закрыто! — буркнул он, не оборачиваясь.

— А по виду и не скажешь, дверь-то нараспашку, — я прошёл к прилавку. — Мне бы топоров, хозяин. Штук пять для начала, да пару пил, да точильных брусков.

— Топоров ему, — лавочник разогнулся и оглядел меня с головы до ног. — Есть у меня три топора, последние. Сорок зиллингов.

— За три? — уточнил я.

— За штуку.

Я подумал, что ослышался. Хороший топор всегда стоил денег, пять зиллингов, ну семь, если работа качественная. Сорок зиллингов за топор были ценой хорошей коровы.