Дверь отворилась со скрипом, и в нос ударил густой запах вяленого мяса, трав и чего-то ещё, неуловимо-охотничьего. Мы спустились вниз по каменным ступеням. Подвал Маркуса оказался просторным складом. Вдоль одной стены тянулись полки, заставленные аккуратными связками сушёного мяса.

А вот другая половина склада была моей. Десятки плетёных корзин, доверху набитых копчёной и вяленой рыбой, стояли вдоль стены ровными рядами.

— Как видишь, с твоей рыбой всё в порядке, — сказал Маркус, сгружая тушу рака на пол.

Я обошёл корзины, заглядывая внутрь. Рыба выглядела отлично. Золотистая корочка копчения, упругая текстура вяленой плоти. Духовная энергия ощущалась в каждой тушке, пусть слегка и поблёкшая за время хранения.

Все-таки хорошо, что в предверии каравана я решил перетащить все запасы к Маркусу. Как сейчас помню, будто всю ночь вагоны разгружал с ним. Но, главное не зря. Иначе бы Людвиг сейчас над моей рыбой чах.

Только я удовлетворенно подумал об этом, как взгляд упал на туши краба и рака.

Проблема.

Большая, неприятная проблема.

Эти монстры были свежими. Их нужно было срочно обработать, иначе духовная энергия быстро рассеется, а затем начнёт портиться мясо.

Чёрт, придется еще несколько часов здесь пахать.

— Что-то не так? — Маркус заметил кислое выражение моего лица.

— Туши, — я кивнул в их сторону. — Если их не обработать, то уже к утру они прилично потеряют в цене. А сил у меня на это просто не осталось.

Маркус почесал подбородок, обдумывая ситуацию. Потом его лицо просветлело.

— Ив, это вообще не проблема, — сказал он. — У нас есть способ замедлить потерю энергии.

Он подошёл к дальней стене подвала, где виднелась ещё одна дверь. Поменьше первой, но такая же массивная. Толкнул её плечом. Створка с натугой поддалась.

За ней оказалась ещё одна лестница, ведущая глубже под землю. Воздух здесь был ощутимо холоднее. Мы спустились и оказались в небольшом, выложенном камнем помещении.

Это был настоящий, добротно сделанный ледник, какие я видел только в учебниках истории и документальных фильмах.

Вдоль стен лежали глыбы льда, покрытые инеем, а в центре помещения, на возвышении, лежал небольшой камень, размером с кулак, испускавший мягкое голубоватое свечение. Вокруг него, на деревянных поддонах, аккуратно были разложены туши: кабан, пара оленей и что-то, напоминавшее крупную рысь. Мясо выглядело так, будто его только что разделали.

— Морозный камень, — пояснил Маркус, заметив мой интерес. — Наследие отца. Главная ценность нашей семьи. Он удерживает холод, не давая льду таять, и сохраняет мясо свежим, почти без потерь духовной энергии.