Я молча кивнул, примерно так и предполагал.

— Виктор оформил все документы по правилам, — продолжил староста. — Я сам был одним из тех, кто их подписывал. И на тот момент… ты действительно был в плачевном состоянии. Без разума, без таланта к культивации, закон был полностью на его стороне.

В моей голове стала складываться картинка, как только вопрос с документами решился, дядя решил избавиться от ненужного родственника и отправил на корм речным тварям. Только вместо беспомощного мальчишки в этом теле оказался я.

— А можно ли отменить решение? — я подался вперёд. — Оспорить его? Я в памяти, в трезвом уме и уже пятый уровень закалки.

Элрик поднял бровь. Пятый уровень явно произвёл на него впечатление.

— Если ты сможешь доказать, что разум вернулся, и что ты восстановил способность к культивации, решение о недееспособности может быть пересмотрено, но для этого нужно официальное подтверждение, — он сделал паузу. — Через два месяца состоится Праздник Меры. Событие важное для деревни, на нём любой житель может подтвердить свой уровень культивации перед имперским представителем. Он объезжает деревни раз в год. Результаты фиксируются в документах, которые признаёт имперская канцелярия.

Хм… Два месяца.

— Допустим, я подтвержу свой уровень и адекватность. Смогу ли я тогда взять опеку над сестрой?

Элрик сжал губы, и на его лице отразилось выражение лёгкого сострадания.

— Формально опеку над ребёнком может оформить любой взрослый родственник. Тебе уже шестнадцать, так что по нашим законам ты считаешься совершеннолетним. Но, — он сделал паузу, — опека над твоей сестрой уже оформлена на Виктора. Все документы в порядке, сделано по закону. Пока Эмма не достигнет совершеннолетия или пока сам Виктор добровольно не откажется от опекунства, изменить это будет нельзя.

Я откинулся на спинку стула.

Ну да, чего я ожидал? Этот мир живёт по своим правилам, куда более допотопным. На Земле органы опеки давно лишили бы Виктора родительских прав за избиение ребёнка. Здесь же синяки на лице маленькой девочки никого не волнуют, пока формальности соблюдены.

Значит опекунство отпадает, хм… тогда может зайти с другой стороны.

— А что насчёт наследства? — я посмотрел Элрику в глаза. — Если стану дееспособным, смогу ли вернуть себе фамилию и имущество родителей?

Элрик замолчал, его пальцы перестали барабанить по кружке, а взгляд стал задумчивым.

— Вот тут ситуация… сложнее, — сказал он наконец. — Я лично занимался оформлением наследства после смерти твоих родителей и должен сказать, что имущества у них было очень много.