Филе окуня приехало на деревянном блюде с зеленью и долькой чего-то пряного. Мой навык снова отметил богатую концентрацию энергии в мясе — местный окунь по насыщенности легко обходил всё, что я ловил дома. Но повар обжарил его на максимальном огне, корочка подгорела снизу и осталась сырой сверху, а половина духовной энергии ушла в дым вместе с жиром.

Пять серебряных за рыбу, которую испортили. Эх… Я бы на этом сырье сделал блюдо, от которого половина поселения не могла оторваться.

Марен ела молча. Каждый поворот корпуса отзывался в рёбрах, и хотя она этого не показывала, паузы между движениями выдавали боль.

Я взял чашку с чаем, отхлебнул и откинулся на спинку стула.

Марен утром приготовила примерно так же: продукт выбрала хороший, энергия в мясе стояла плотная, а вот руки её подвели. Я повидал десятки таких поваров, и у большинства проблема решалась за неделю при правильной постановке базы.

Мысли зацепились друг за друга, и цепочка выстроилась сама.

Пять месяцев Марен кормила Рида, успокаивала Дину и верила, что я выйду. Длань Монарха провисела на моей руке двое суток, пока я валялся в отключке, и к ней никто не притронулся.

Марен и Герхард заработали куда больше, чем вежливое «спасибо».

Я посмотрел на открытую кухню, где повар в этот момент сжигал очередное филе, потом на Марен. И пазл в моей голове наконец сложился.

— Марен.

Она подняла взгляд.

— У меня к тебе деловое предложение.

Чашка замерла на полпути к её рту, и она поставила её обратно.

— Деловое?

— Я хочу, чтобы ты открыла собственный ресторан здесь, в поселении. Небольшой, столов на пять.

За стеной кто-то уронил ведро, и звон прокатился по мосткам.

— Ты шутишь.

— Смотри вокруг, — я кивнул на кухню. — Это лучшее место в поселении. Дюжина позиций, керамика, два повара. И при этом они портят еду, которая стоит дороже золота. Достаточно просто научиться готовить правильно, чтобы стать королём.

— Но я…

— Ты утром приготовила рыбу. Твои руки просто ещё не знают техники готовки, а их можно поставить за считанные дни.

Марен дёрнула подбородком.

— Ив, я плохо готовлю. Дед учил нырять, а не жарить. Какой из меня повар?

— Любой, из которого я вылеплю за шесть дней.

Она моргнула.

— Шесть дней?

— У меня ровно столько. Записываю свитки, работаю в Хранилище и уезжаю. За это время покажу тебе четыре блюда, может пять. Простых, сытных, с духовной энергией внутри. Таких, каких в Серебряной Короне ещё не готовили.

Я достал из перстня Артефакт Конденсации и положил на стол между нашими мисками. Каменная пластина с рунными делениями по краю смотрелась среди керамических мисок инородно.