Удар.
Бронзовый гул прокатился над водой, отразился от стен домов и ушёл к горизонту, растворяясь в утреннем тумане. И площадь пришла в движение.
Участники рванулись к причалам. Первые рванули напрямую, расталкивая зрителей локтями, самые шустрые перемахивали через ограждения, срезая путь.
Марен уже бежала к дальнему причалу, где покачивалась её привязанная долблёнка. Обернулась на бегу, поймала мой взгляд, кивнула и исчезла в толпе.
Я перехватил Дину поудобнее и двинулся к воде. Рид скользнул следом, обтекая ноги бегущих с ленивой грацией.
Брут Хардмид двинулся к причалу последним. Он шёл к своей лодке спокойным шагом, и толпа зевак расступалась перед ним, как вода перед носом корабля.
У причала я остановился. Вокруг к воде спускались участники, и у каждого было своё судно: узкие долблёнки, вёсельные каноэ, маленькие плоскодонки с навесами. Утлый рыбацкий флот, собранный из всего, что умело плавать.
Я активировал систему и призвал свой Экспедиционный плот. Он материализовался на воде у самого причала, и понтоны сели на гладь озера с тяжёлым, уверенным плеском. Среди каноэ и долблёнок он выглядел как разделочная доска среди зубочисток.
Ближайший участник, спускавший на воду каноэ, обернулся на звук и споткнулся о собственное весло. Горан, уже стоявший на корме своей лодки, хмыкнул. Кто-то из зрителей на мостках ахнул.
Рид запрыгнул первым и занял своё место наверху. Дина запищала, потянулась к борту, и я аккуратно опустил её на палубу. Малышка тут же потрусила на нос.
Я встал у рулевого весла и взял в руки крепкий шест. Окинул взглядом озеро, уходящее в серебристую бесконечность.
Что ж, пришло время хорошенько порыбачить.
Глава 4
Плот качнулся под ногами, когда я оттолкнулся шестом от причала. Понтоны развернулись, набирая инерцию, и Озеро Серебряной Короны распахнулось во всю ширь: серебристая гладь до горизонта, сливающаяся с утренним небом в одну сплошную полоску неразличимого света.
Судя по всё еще разносящимся над причалом словам Арада, в получасе пути у каменной отмели нас ждала туча Зовущих рыб. Старейшины племени загнали их туда специально для сегодняшнего состязания.
Вокруг кипела гонка. Узкие долблёнки и вёсельные каноэ резали воду с лёгкостью рыбьих плавников, и за каждым тянулся пенный росчерк. Участники налегали на вёсла, перекрикиваясь и толкаясь бортами на узком выходе из гавани, а кто-то зацепил веслом чужой нос, и над водой повисла трёхэтажная ругань.
Мой плот на фоне этого флота смотрелся как комод среди табуреток.
С берега донёсся хохот. Какой-то мальчишка на перилах изображал, как я тычу шестом в воду, и его приятели корчились, хватаясь за столбы.