Укол попал в цель. Я поморщился и подавил желание напомнить, что второй участник вчерашней беседы тоже не выступал образцом дипломатии; переговоры едва начали двигаться в правильную сторону, и поджигать мост ради красивой ответной реплики было бы глупо.

— Я не собираюсь рассказывать ей о классе так же, как спорил с тобой.

— Очень на это надеюсь. Однако Мира узнает, что ты несколько дней скрывал от неё свой класс, вспомнит твой срыв и, вероятно, тоже решит, что Анализ может негативно повлиять на каналы. Затем вообразит десяток последствий, и… — в голосе Эдвина появилась сухая усталость и отец замолчал.

— Тогда что предлагаешь?

— Говорить будешь ты. Я не стану отнимать у тебя это право, но присутствовать буду тоже. Если разговор пойдёт плохо, я вмешаюсь.

Это было не то, чего я хотел, но, если отбросить желание доказать самостоятельность, предложение Эдвина оказывалось лучше моего. Отец куда лучше знал свою жену, собирался встать на мою сторону и, что важнее всего, не намеревался обсуждать меня за закрытой дверью, чтобы позже поставить перед свершившимся фактом.

— Хорошо. Я расскажу в твоем присутствии.

Отец кивнул и потянулся к колокольчику. Через несколько секунд в дверях появился Марсден.

— Пригласите мастера Хорна, — распорядился Эдвин. — За Варреном отправьте экипаж и передайте, что мне нужна срочная и полностью конфиденциальная консультация.

— Будет исполнено, милорд.

Хорн вошёл первым, минут через пять. От него пахло кожей и оружейным маслом: на удивление приятный запах. На Земле такие духи точно не остались бы без внимания.

Наставник вошел, поздоровался и занял кресло у книжного шкафа.

— Если сейчас снова начнется разговор о прогулках без меры, я заранее признаю поражение, — сообщил он ворчливо. — Заприте мальчика в комнате и выдавайте еду через окошко. Хотя там есть дымоход, так что сперва рекомендую поставить на камин решётку.

— Сегодня речь не о прогулке, — ответил Эдвин. — Пока мы ждём Варрена, а до его приезда я предпочёл бы не начинать.

Хорн посмотрел на меня внимательнее. У него явно появились вопросы ко мне, но задавать их после прямой просьбе хозяина дома он не стал, вместо этого перевёл взгляд на раскрытую газету.

— Тогда хотя бы объясните, почему в утренних новостях ограбление ювелира занимает половину полосы. Они там корону у короля унесли или редактор приходится троюродным племянником владельцу лавки?

— Там новость не столько о драгоценностях, сколько о наглости, — сказал Эдвин и подвинул газету к наставнику. — Трое вошли через двор в момент смены караула, связали приказчика, открыли заднюю дверь изнутри и ушли прежде, чем новый патруль закончил обход квартала.