Пока Люба и Ната хлебали чай, мама подружки успела сесть им на уши и поныть на жизнь горькую, а ещё и уму-разуму поучить, какие мужики козлы. В этом плане шатенка была вылитая родительница: чесать языком впустую (и не предпринимать никаких действий) было ей не в лом.

– Ни разу не видела, чтобы Ден плакал! – продолжала ворчать Лена, поправив длинные завитые пряди, прилипшие из-за пота к голой спине. – А я с ним, между прочим, со второго класса вместе учусь!

– Мальчики не плачут, Лена, – вставила Наталья. – Видела хоть одного ноющего мужика? Я даже на похоронах таких не встречала!

– Да что похороны?!.. Посмотри на Сэро! – Лена насмешливо прыснула. – Любое горе по карману – ржёт и пляшет! Ни стыда ни совести! Уверена: Ибрагимов за шестнадцать лет проблем не знавал! Живёт чувак припеваючи! Катается как сыр в масле! И рожу ему никто ни разу не набил: то одну девку кинет, то другую – тёлки ревут, а ему чхать! Бессердечный!

– И Имир такой же! – открыла рот Люба, вспомнив об отличнике. – Хочешь, не хочешь – плевать, своё получит! В школе учителей за жабры держит! Почему пацанам не больно? Это черта мужская такая – ничего не чувствовать и никого не жалеть?

– Мне кажется, так определено эволюцией, – подытожила Ната. – Мужики созданы хладнокровными и бесчувственными. Чтобы убивать и завоевывать. Агрессия и жестокость – их основные чувства. Короче, мужики – хищники. Природа их такая, вкуриваете?.. Нам, бабам, не понять.

– Точно, не понять! – вздохнула Ленка. – Мальчики не плачут!

– Мальчики не плачут, – повторила машинально Поспелова, задумавшись о родном отце. – Никогда.