В первый день приезда Эллы на примирение с капризным мужем Люба да старшие Поспеловы с пятилетней Аей закрылись в гостиной, пока молодые в своей комнате выясняли отношения. Тут же, в гостиной, пришлось остаться новой пассии Шурика, в компании которой он прикатил разбираться с постылой женой. Девушка, не знакомая с роднёй любовника, чувствовала себя крайне неуютно, робко улыбалась и от стеснения вжималась в кресло, пытаясь исчезнуть с глаз долой. Из комнаты брата через коридор доносилось эхо ссоры.

Послышался грохот раскрывшейся двери. Затем распахнулась дверь в гостиную, и в помещение зашел Александр Васильевич. Малютка Ая, увидевшая отца, обрадовалась, спрыгнула с дивана и, распахнув ручки, полетела к родному человеку с радостным криком: «Папочка!». Папочка отвернулся, не подав и звука, будто в комнате не было сейчас никакого ребёнка, кратко кивнул любовнице: «Поехали!» – и вышел вон. Ая, застыв в полуметре от места, где только что стоял её родитель, потерянно молчала. Шурик в родной дом после ни разу не заявился.

Элла прожила со свёкрами в одиночестве больше полугода и уехала уже навсегда. Несколько лет подряд на летние каникулы к отцу, бабушке и деду приезжала только внучка.

«Ты не могла тогда ничем никому помочь, – прошептала Люба сама себе, зажмурившись от тоски. – Даже сейчас не знаешь, чью сторону занять: своей семьи или племяшки и её матери. Ая приедет, мама опять начнёт её грузить обидами и претензиями к Элле. Ая будет жаловаться тебе, когда вы окажетесь наедине, а ты которое лето подряд станешь разводить руками и пытаться остаться где-то посередине».

Ая была младше родной тётки Любы на пять лет. Разница ничуть не мешала девочкам находить общий язык и весело проводить время. Приезжавшую на лето дочь Шурик толком не навещал, сбрасывая её на плечи родителей. Но, по факту, занималась Аей только его младшая сестра.

Люба стирала за дочкой брата, кормила её, следила за режимом. Родственницы крепко дружили, секретничали, обсуждали мальчиков, смотрели телевизор, гуляли. Старшеклассница знала, что бабушка Зоя и дедушка Вова были для племянницы любимыми и дорогими людьми. Ребёнок их обожал. Бывший генерал, уйдя в отставку, купил в Челябинске две квартиры в одном подъезде, но на разных этажах. Одну – для себя, другую – для старшей дочери с внучкой. Девочка не выкисала от бабы с дедом, которые, несмотря на возмущения Эллы, крепко её избаловали. Ая получала хорошее образование и воспитание, была умна не по годам, с ней всегда было о чём поговорить.

– Я маме разболтала, – делилась год назад Ая. – Что в нашем классе один мальчик не знает дат начала и конца Великой Отечественной войны. Мама ругалась, и, чтобы я так же не тупила, посадила на 9 Мая смотреть с утра до вечера все Парады Победы и фильмы о Второй Мировой! А потом мне пришлось ей всё пересказать. Теперь я при маме вообще боюсь что-то перепутать…