Денис знатно удивился, когда, едва он притормозил, ровесница с кирпичным лицом повернулась задом и шустро пошла прочь.

– Люба, стой! Куда же ты?.. Люба! – юноша спешился и побежал следом. Только он догнал и положил руку ей на плечо, как она развернулась и с психу толкнула его в грудь со всей своей девичьей дури.

– Пошёл нахрен!!!

– Что…

– Пошёл нахрен, предатель!

– Предатель?!.. Что за херня?! – Коробкин обомлел, не вкуривая ситуации, и замер столбом. – Объяснись-ка! На связь не выходишь, дозвониться невозможно – я чем-то тебя обидел? В чём моя вина?

Поспелова гневно засопела. Жажда задушить голыми руками того, кто разрушил навсегда её отношения с Имиром, требовала крови и жертвоприношений. Не хотелось теперь ни дружбу с Деном водить, ни строить из себя порядочную домохозяйку, ни притворяться неприступной королевой снежной, ни с приятельницами соревноваться. Чувства и привязанность к нему протухли и пропали напрочь. Люба знала, что Денис бросил Ленку и теперь свободен. С Натой тоже покончил после их поцелуйчиков поздним сентябрьским вечерком. Подружки были разбиты горем и не понимали, чем не угодили парню, внезапно их кинувшему без объяснения внятных причин.

– Ты, придурок, наставил мне, блин, засосов на шее! Кто тебе разрешал?! Кто просил?.. Предал меня и опозорил! Всю жизнь мне сломал! Ненавижу тебя, урода!

Коробкин обалдел.

– Слушай, я не помню… Времени столько прошло, да и было всё на нетрезвую голову… Сентябрь заканчивается, а ты до сих пор молчала! Почему сразу не сказала?!

– Сама, блин, не знала! Пока…

Тихоня зажмурилась, вспомнив комнату отличника, зеркало на дверце шкафа, его взбешённое лицо, свои невнятные потуги объясниться да всё исправить, – и невольно расплакалась.

– Мама поймала? – додумался ровесник и расстроился не меньше её.

– Да, – солгала школьница сквозь слёзы, не представляя, как можно сознаться в том, что случилось взаправду.

Денис в порыве чувств взял её за руку, притянул к себе и крепко обнял. Люба, запутавшаяся во лжи, дебрях вины, самоедстве и метаниях совести, наконец получив поддержку, не оказала сопротивления, а прижалась в ответ и дала волю чувствам.

– Прости меня. – Коробкин нежно поглаживал её по русой голове. – Нам тогда было хорошо. Никто ни о чём не думал. Мне жаль, что тебе вылилось это боком! Обещаю больше так не делать. Куда, кстати, собралась?

– Ну-у-у-у… – Растерялась она. – Просто…

– Торопишься? Дело срочное?

– Нет, вроде бы.

– Тогда исправим твоё настроение? – Юноша улыбнулся и взял зарёванную подружку за щёчки. – Поехали к морю! Прям щас! Давай?!.. Не всё же убиваться из-за противной мамашки!