— Эм. — Никогда в жизни мне не приходило в голову задуматься, нравится мне наблюдать за птицами или нет. — Да, нравится.

Что такое маленькая ложь, когда наши с Ноа отношения полностью вымышлены? Моя работа — убедить его родителей, что им нравится Саммер, поддельная девушка Ноа, а не настоящая я. К тому же, это не значит, что я не люблю наблюдать за птицами. Летом я смотрю, как дрозды ищут червей на маленьком клочке травы перед моим многоквартирным домом. В течение нескольких минут.

Дэвид оживает.

— Какая твоя любимая птица?

— Э-э-э. — Я бросаю взгляд на Ноа, но он молчит, уголки его губ приподняты в забаве. Я сама вырыла себе яму, и он не помогает мне из нее выбраться. — Во-ро-о-он?

Я морщусь, как только слово слетает с языка. Я должна убедить его родителей, что я идеальная девушка из их мечты для их драгоценного сына. Принцесса, которая поет с канарейками каждое утро и печет булочки с корицей с нуля в четыре утра, а не ведьма, которая выращивает воронов и заманивает их золотого ребенка на темную сторону.

Дэвид кивает.

— Величественный ворон. Говорят, он умен, как семилетний ребенок.

— Она обожает воронов, — вставляет Ноа. — Абсолютно одержима.

Я пинаю его под столом.

Черт. Мне действительно не стоит пинать своих клиентов.

Но эта игривая усмешка не сходит с губ Ноа. Кажется, он едва заметил мой пинок. Я вообще попала по нему, или это была ножка стула?

— Моим любимцем был бы древесный дрозд. — Дэвид потирает щетину на подбородке, словно выбирает с особой тщательностью. — Или лирохвост великолепный.

— Они великолепны. — Я буквально никогда в жизни не слышала ни об одном из этих видов.

— Веришь, он хочет поехать в Австралию только ради того, чтобы увидеть птицу? — Кристин кладет себе порцию брокколи, покачивая головой.

— Я пытаюсь убедить свою жену, что нам стоит съездить в Австралию на нашу тридцатую годовщину. — Он улыбается Кристин, словно у них есть общий секрет, и мое сердце сжимается.

Я знаю их всего десять минут, но Кристин и Дэвид уже так напоминают мне моих родителей. Всегда заботятся друг о друге, обнимаются и целуются каждый раз, когда оказываются в одной комнате, их шутки и нежные секреты. Интересно, смогу ли я когда-нибудь смотреть на кого-то так. Сможет ли кто-нибудь смотреть на меня так.

Я засовываю в рот кусок лазаньи и чуть не давлюсь.

— Вау, тридцать лет! В чем ваш секрет?

— Мужчина, который знает толк на кухне. — Кристин подмигивает мне. — И в спальне.

— Мам. — Ноа роняет вилку и нож на тарелку со стуком, хватаясь за виски обеими руками. — Добавь это к моему счету за терапию.