— Карсона, — говорю я.

Взгляд Ви теперь сужается на меня.

— Оставь Карсона в покое.

Мама подходит с полотенцем и мылом.

— Дорогой, спусти штаны, чтобы я могла промыть рану и сменить повязку.

Я выставляю обе руки вперед, чтобы отразить ее атаку. Моя мать не видела мою голую задницу с начальной школы, и я планирую сохранить это положение вещей.

— Я сам справлюсь, мам.

— Ты не можешь сделать это сам, — настаивает она. — Тебе нужна моя помощь⁠…

— Покажи нам свою задницу! — кричит Килиан, и Эдгар Аллан По выпрыгивает из его рук и убегает. Килиан снова в черном списке Эдгара.

— Я в порядке. — Я пытаюсь отодвинуться, перенося вес на здоровую ягодицу, но боль все равно пронзает бедро при движении. — Саммер скоро придет, чтобы помочь мне.

— Или, может, она просто снова в тебя выстрелит, — язвит Ви. — Добьет.

Возможно, это моя ноющая ягодица или то, что мать посягает на мое личное пространство с огромной бутылкой мыла, но бесконечный сарказм Ви наконец-то вывел из себя мое и без того скудное терпение.

— Почему ты вообще здесь? Разве ты не должна быть со своим женихом, планируя свадьбу?

Ви не моргает, но мама отшатывается, ее глаза широко раскрыты.

— Почему ты срываешься на сестре, Ноа? Мы все просто пытаемся помочь.

Последнее, что Ви пытается сделать, — это помочь. Она была против моих отношений с Саммер с самого начала, и хотя я знаю, что она исходит из лучших побуждений, я не позволю никому говорить гадости о Саммер. Она этого не заслуживает.

Хотя должен признать, что это выглядит довольно скверно. Я не могу винить Ви за подозрения после того, как Саммер меня искалечила.

— Дайте парню передохнуть, — говорит Килиан. — Ему только что прострелили задницу.

— Лучшее место для выстрела. — Папа наконец отрывает взгляд от моего шатающегося журнального столика, чтобы сжать мое плечо.

— Как может быть лучшее место для выстрела? — требует Ви.

Папа игнорирует ее.

— Я горжусь тобой, сын.

Теперь настала моя очередь удивляться.

— За... выстрел в задницу?

— За то, что не потерял самообладание. — Он улыбается маме. — И за то, что держишься за женщину, когда знаешь, что она того стоит.

Мама улыбается ему в ответ, прежде чем обнять его за талию.

Килиан кивает.

— Ты буквально принял на себя пулю ради нее. Это настоящая любовь.

Ви закатывает глаза.

— Пуля была от нее, а не для нее.

— Одно и то же.

— Я бы принял на себя пулю ради нее. — Я бы сделал для Саммер что угодно. Все, что она попросит.

Мама прижимает руку к груди, на глазах у нее слезы.

— Ты действительно любишь ее. Я так за тебя рада, дорогой.

— Он знает ее пять секунд. — Голос Ви повышается на октаву, взгляд мечется по комнате, как будто она пытается понять, единственный ли она здравомыслящий человек здесь. — И я напоминаю всем: она выстрелила в него!