Щелоков приказал готовить машину. Предстояло узнать о деталях из первых уст, чтобы потом в подробностях доложить Брежневу и членам ЦК КПСС, ведь дело «Таганского маньяка» находилось у них на контроле. Да еще и Андропов наверняка будет задавать каверзные вопросы. Вечно сует свой нос в милицейские дела, он даже внес это дело в еженедельный информационный бюллетень КГБ, чтобы иметь причину запрашивать по нему информацию.

Ну ничего, теперь-то у Щелокова будет что ответить его извечному оппоненту. Серийный убийца задержан, а значит советская милиция со своими задачами справляется в полной мере. Для доклада Брежневу даже можно будет съездить в Завидово, где тот сейчас охотится. Чем не повод? Заодно удастся опередить Андропова.

Министр МВД встречал своих подчиненных, генерал-майора милиции Карпеца и старшего группы по оперативному сопровождению дела о «Таганском маньяке» майора милиции Копытова, как победителей. Улыбаясь, вышел из-за стола, с обоими поздоровался за руку, а после доклада о задержании преступника и даче им первичных признательных показаний, предложил присаживаться за стол. Щелоков и без того отличался демократичностью, но сегодня даже превзошел самого себя.

— Как вы на него вышли-то? — пребывая в прекрасном расположении духа, спросил министр.

Копытов сделал попытку вскочить, но Щелоков движением руки, заставил того приземлиться обратно.

— Товарищ генерал, дело по убийствам нам передали из МУРа только в ноябре прошлого года, — начал он докладывать, сидя на стуле настолько ровно, насколько это было возможно, все-таки для простого майора вот так по-простому общаться с министром было впервой. — А сейчас начало января, то есть с момента передачи прошло всего два месяца. За это время мы внимательно изучили материалы расследования и вот результат.

— Молодцы! — похвалил подчиненных министр, пролистывая копии протокола опроса, которые ему вручил Карпец для ознакомления. — Все бы так работали! А то в МУРе два года непонятно чем занимались. Убийца даже и не прятался. — Щелоков постучал пальцем по лежащим перед ним документам, — жил себе по месту прописки, на работу ходил, бакенбарды не сбривал, усы не отращивал. А ведь его внешность была известна с самого начала! — голос министра становился все громче и громче. — Да его куча свидетелей видела! В последнем эпизоде, осенью, он женщину на лестничной площадке общежития зарезал, зашел за жертвой, мимо вахтера и жильцов, убил и весь в крови вышел обратно на улицу. А наши муровцы, — зло произнес Щелоков, — только и знали, что…рней страдали. Задержат непонятно кого, отчитаются, что поймали серийного убийцу, а затем выясняется, что взяли не того, и так несколько раз, — он удрученно махнул рукой. — У вас, надеюсь, так не выйдет? — Щелоков посерьезнел.