По дворцу била артиллерия форта. Находившаяся выше, она основательно прошлась по его постройкам и стенам, но обеспечить сколько-нибудь существенный перевес до сих пор не смогла, спасибо, тунисских магов отвлекала. А те сцепились с галлийскими так, что уже перестали обращать внимание на обычных бойцов, сосредоточившись полностью на своей дуэли.
В общем, везде вырисовывалась ничья, но это пока. Долго так продолжаться не может. Разведка доносит, что в районе порта собираются отдельные отряды стражников и пиратов, формируя пусть и на скорую руку, но новый полк. К нему примыкают горожане, неважные вояки, но готовые жизни положить, чтобы не допустить разграбления города. В чистом поле их перемололи бы в фарш, однако на узких улочках, знакомых местным до последнего сарая, они крайне опасны. Рано или поздно, укрываясь за дувалами и домами, они прорвутся на помощь к защитникам дворца, и тогда наемников ждет печальная альтернатива – виселица или рабство.
В общем, все плохо.
И тут! Где-то в городе прогремел мощный взрыв. Такой, что дрогнула земля, ударная волна прошлась над дворцом ярким радужным куполом, выбивая немногие окна, случайно уцелевшие в магической схватке и артиллерийском обстреле. И первое, что после случилось, – подальше от дворца удрали галлийские маги.
– Стоять! Куда? – Рыжему захотелось пристрелить трусов. Хорошо, вовремя одумался, еще не известно, кто в ком раньше дыр понаделает.
– Почему вышли из боя? – спросил уже почти спокойно.
– Видите? – Один из магов указал в направлении взрыва. – Как? Ах да, вы ж не маг. Там резвится кто-то очень сильный. Настолько, что сработало Великое заклятье Туниса. И о нем ничего не знаете? Неважно. Главное сейчас, чью сторону этот маг примет. Тогда у его противников шансов на победу не останется. Смотрите-смотрите, во дворце тоже все смолкло. Ждем. И дайте команду солдатам, чтобы понапрасну не жгли порох.
О, вот и де Камбре подбегает во главе измотанных и израненных, но вполне живых наемников. Может, он чего-то соизволит объяснить? Хм… кажется, нет. Судя по абсолютно обалдевшей физиономии.
* * *
Де Камбре растеряно осмотрел своих бойцов. В полумраке тюремных коридоров лица плохо различимы. Сколько им лет? Кому как. Вон те двое явно ветераны, битые, израненные, но выжившие во многих сражениях. Четверо совсем рядом – почти мальчишки, лишь недавно взявшиеся за жестокую мужскую работу. Но уже отличившиеся, других в первый взвод первого батальона не поставят. Дальше – не разобрать. Видно только глаза, блестящие в дрожащем свете факелов.