* * *
С первым вопросом все просто: вы наверняка недалеко от того места, где вы жили в своем мире. — без всяких предисловий начал Тиль. — Точнее я вам сказать не могу, я и сам не знаю. Да и не важно это, на самом деле.
* * *
Ничего себе, не важно! — возмутился я. — Это для кого как.
* * *
Хорошо, допустим, но знаешь, куда более интересен будет ответ на второй вопрос… Давай я расскажу, что знаю сам, а ты уже потом спросишь, что будет непонятно. Но скажу сразу, знаю я не все, и даже не много. Примерно лет пять назад…
Примерно лет пять назад человечество, уже казалось бы привыкшее ко всем болезням и неплохо продвинувшееся в развитии медицины, атаковал новый, доселе никому неизвестный вирус. Поначалу всё казалось не так и плохо — вирус локализовали в Африке, где он был впервые замечен, ученые лечили людей, изучали вирус, бодро искали вакцину и рапортовали, что пандемии в этот раз скорее всего удастся избежать. Смертность, доходящая до сорока процентов, была очень ужасающей и опасной, но не беспрецедентной. И вот когда уже все вроде успокоились, вирус мутировал очередной раз, и ударил новой волной. Смертность скакнула в в два раза вверх, как и вирулентность, и пандемия в момент стала реальностью. Системы здравоохранения, пытаясь хоть как-то обслужить невероятное количество заболевших, обезумевших от страха пациентов, продержались пару месяцев, армия смогла поддержать видимость порядка еще несколько недель. Потом началась повсеместная паника, хаос, а вместе с ними и ад.
Вирус, насколько удалось установить ученым, передавался воздушно-капельным путем, причем мог легко передаваться как от людей, так и от животных. При этом животные переносили вирус куда как проще, и умирали от него реже. Неведомая болезнь поражала клетки нервной системы, достаточно быстро развиваясь и вызывая сначала судороги, а потом паралич, и остановку сердца. Так же была выявлена одна странная закономерность: вирус практически не трогал детей младше пятнадцати-шестнадцати лет. Случаи заболевания или смертности среди детей были чрезвычайно редки, а вот переносили и передавали вирус дети отлично. Взрослые переносили вирус очень тяжело. Вылечиться и выжить удавалось единицам, и это скорее было «вопреки», чем «благодаря» чему-либо… Человечество, так сильно привыкшее к различного рода услугам, покою и телесериалам, оказалось удивительно ранимо. Паника началась слишком рано, когда возможно было ещё работать и спасать ситуацию. Положение усугубляли многочисленные группы разнообразной направленности: от «никакого вируса нет, нас дурят», до «вирус придуман правительством специально, чтобы…». Вместо того, чтобы бросить все силы на лечение и контроль ситуации, полиции и армии приходилось постоянно бороться против агрессивных демонстраций, а потом и против откровенных терактов. В общем, люди делали всё, чтобы помочь вирусу распространиться как можно скорее и как можно продуктивнее.