Надо ли говорить, что его предположения были основаны на моих воспоминаниях?

Весь доклад был сжат в краткие пять минут. Гречко с каждой минутой всё больше и больше мрачнел. Он смотрел перед собой, сжимая губы в тонкую линию. Брови сошлись на переносице.

Как только Вягилев закончил свою речь, так в дверь раздался аккуратный стук.

— Войдите! — скомандовал маршал.

Дверь открылась, на пороге показался улыбчивый метрдотель, а с ним ещё четыре официанта.

— Разрэшите? Я позволил от сэбя сдэлать вам нэбольшой комплимэнт. Чай и сладости это нэ еда для мудрых мужчин. Вот, прашу. От всэго сэрдца, — с улыбкой проговорил метрдотель.

На стол легли фирменные блюда ресторана «Арагви» — цыплята тапака. Рядом уместилась зелень, свежие овощи, горячие ароматные лепешки… Вместо вина были два дымящихся чайника.

— Теймураз, я же недавно у тебя поел, — хмыкнул маршал.

— Да что ви там паели? Всэго крошку таго, крошку этаго, — расцвел в улыбке метрдотель. — Нэужели мы пазволим гостям уйти галодными? Кушайте на здаровье. Приятного аппетита!

— Спасибо, — поблагодарили мы вразнобой.

Улыбчивые официанты и метрдотель вскоре удалились. Повисла тишина, которую нарушить должен был Гречко. И он это сделал.

— Ну что же, я выслушал вас. Да, не всему поверил, но какое-никакое рациональное зерно в ваших словах есть. Вот только скажите… Вот этот молодой человек… Почему он мне кажется знакомым? — кивнул на меня маршал.

— Потому что я два раза спасал вам жизнь, — просто и без затей ответил я.

— Да? Почему же… Да нет, не может быть, — покачал он головой.

— Может. Вы мне ещё именные часы вручали во время принятия присяги, — улыбнулся я в ответ. — Семён Епифанов. Со мной ещё был Михаил Ерин. Вы ещё тогда сказали: «Носите с гордостью — вы их заслужили, сынки».

— Я только им двоим это и сказал, — вздернул брови Гречко. — Так что же это получается — ты не погиб в той аварии?

— Никак нет, товарищ маршал Советского Союза. Мне сделали предложение служить в подразделении «Гарпун», и я принял это предложение. Я хочу сделать свою страну великой, а людей — счастливыми.

— Сенька, — покачал головой Гречко. — А ведь я лично ходатайствовал о вручении тебе ордена посмертно. А ты вон как… Живой оказался…

— Живой, товарищ маршал. Живой и хочу ещё послужить Родине.

— Это похвально. Нам такие люди нужны.

— Нам нужны живые люди, товарищ маршал Советского Союза. А то, что вы сказали Леониду Ильичу Брежневу о назначении его маршалом только через ваш труп… Этого вообще не должно быть.

— Откуда знаешь? — насторожился Гречко. — Нас в кабинете всего двое было.