Твою дивизию, вот только этого не хватало! Я же предупреждал, что нужно быть готовым ко всему, почему же так плохо проинструктировали?

Я увеличил скорость, ещё немного и догоню официанта, но мужчина возле «Волги» взмахнул рукой ещё раз. Пришлось пригнуться и потерять скорость, чтобы не повторить судьбу упавшего на колени мужчины в сером пальто. В этот момент по ногам мне ударила какая-то палка.

Да уж, вот этого я не ожидал. Нога запнулась за ногу, я потерял равновесие и полетел кубарем. Хорошо ещё, что успел сгруппироваться.

В голове промелькнуло — неужели упустил? Неужели всё напрасно?

Какая-то женщина завизжала. Тут же раздался окрик:

— Заткнись, дура! А ты… быстро в машину!

Я тут же поднялся и уткнулся носом в смотрящее на меня черное дуло пистолета. Тот самый боевой старичок, который недавно пытался остановить официанта, теперь наставил на меня пистолет Макарова и хмурил брови.

Через приклеенную бороду и налепленные брови виднелась кожа, которая только-только начала покрываться морщинами. И руки держали пистолет уверенно, словно привычную трость. Да, этой тростью я и получил по ногам, повернувшись к упавшему «деду» спиной.

Вишневский! Собственной персоной!

Неужели сам решил принять участие в смерти двух людей, которых он ненавидел? Или так рискнул потому, что не было времени?

Теперь и мне пришла пора слегка поиграть. Ну, выручай, Станиславский!!!

— Думаешь, что переиграл? — фыркнул я. — А вот хрен там!

Я молниеносно ударил правой рукой по пистолету, а левой зарядил хорошую оплеуху по открытой щеке. Звучный шлепок прозвучал по Пушкинской улице.

— Не рыпайся, полудурок! — раздалось позади. — Руки вверх!

Вишневский устоял на ногах, хотя и отшатнулся на пару шагов. Он снова наставил на меня пистолет и сплюнул кровь:

— Легкой смерти ищешь, кретин? В машину, живо!

— Да вот хрен тебе по глупой роже, — я выругался в ответ и дернул за воротник рубашки зубами.

Теперь только не переиграть!

Вишневский подскочил ко мне во мгновение ока и ударил по тому месту, которое в народе называется «солнышко». Я тут же согнулся от удара. Моментально вышибло воздух из легких. Во рту я ощутил грязные пальцы. Они вытащили наружу ампулу, которую до этого аккуратно зашивали в воротник. Ампула упала в снег, а после её раздавил каблук кирзового сапога.

У меня получилось еле слышно простонать…

— Ну уж нет, уродец, я так просто тебя не отпущу! — рявкнул Вишневский. — В машину, а не то прострелю колено! Вы, двое, забирайте его!

Я пытался вдохнуть, но воздух казался тягучей массой, которая напрочь отказывалась попадать в легкие. С трудом и сипом наконец удалось втянуть воздух. Хороший удар получился… качественный.