Траурное одеяние Марии и Марфы только подчеркивало бледные, какие-то серые лица. Заплаканные глаза, дрожащие губы и злые взгляды, которыми они прожигали спину Иисуса.

Их учитель, их друг, а для Марии еще и возлюбленный стоял у входа в его гробницу, проповедуя Слово Божье.

– Отче! Благодарю тебя, что Ты услышал Меня. Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня; но сказал сие для народа, здесь стоящего, чтобы поверили, что Ты послал Меня. – Сказав это, он воззвал громким голосом: – Лазарь! Выйди вон![33]

Толпа собравшихся вокруг них людей жаждала увидеть чудо. Они все смотрели на круглый выход из пещеры и ждали. Иисус сжал кулаки и крикнул уже громче:

– Лазарь! Выйди вон!

Как и раньше ничего не произошло: все так же стояла в ожидании толпа, все так же замерли сестры, обратив взоры на гробницу.

– Он не воскреснет! – послышались шепотки людей. – Никто не вышел из гробницы!

Однако Иисус лишь молча ждал. Его лицо светилось умиротворением, верой и любовью. Лазарь, глядя на него, не сдержал улыбки, ощущая, как и всегда в присутствии Христа, силу и свет, которые тот нес людям.

– Ты – лжец! – не выдержав, выкрикнул кто-то.

– Лжепророк! – подхватили в толпе.

Мария сзади зарыдала, спрятав лицо в ладонях.

– Если бы ты пришел раньше, то Лазарь бы не умер! – зло прошипела Марфа, обнимая сестру.

Иисус обернулся, плечи его сгорбились, но смотрел он уверенно, ибо верил.

– Он спит и скоро проснется. Веруй, как и я верую!

Лазарю оставалось лишь молча наблюдать. Он не терял веры, но в голове настойчиво вертелась мысль, что Бог не хочет его воскрешения. Может быть, он недостоин? Может, был не так праведен? Слишком свободолюбив?

Лазарь потер грудь и стиснул зубы. Тишина, воцарившаяся подле его последнего пристанища, давила скорбью. Он опустил голову, более не способный смотреть на Христа. В гулкой тишине раздавалось тихое: «тук…тук… тук». Он знал, что это еле бьется его умирающее сердце.

Иисус был уверен в его воскрешение настолько, что пришел лишь тогда, когда он уже четыре дня как умер. Так может, причина не в праведности Лазаря, а совсем в другом? Может быть, Иисус, способный исцелять больных и немощных, попросту не владел даром воскрешать усопших?

Так они простояли до сумерек. Толпа разошлась, еще когда солнце только упало за горизонт. Иисус, Марфа, Мария и трое наблюдателей от фарисеев[34] ждали.

Когда сухую землю накрыла ночь, Мария распорядилась закрыть гробницу. В свете факелов его пещера выглядела мрачной и пугающей. Ученики, прибывшие с Иисусом, устроились у местных жителей, а он, повернувшись к Марии, попытался взять ее за руку: