из фрейлин держала две кофейные чашки, как бинокль, и изображала агонию, экстаз, а затем снова агонию, в то время как виконт, сэр Хью и Дафна ползли мимо на четвереньках. – О, это я! – с восторгом воскликнула королева. – Выигрываю “Нью Стейкс”, а потом проигрываю “Голд Кэп”! Атлас отстал на финише. Это было ужасно! Вы гений. Хью, вы были Лестером Пигготтом или Заратустрой? – Думаю, лошадью, – с трудом выпрямляясь, сказал сэр Хью. Следующая очередь была за королевой, и разгадала ее Дафна. Ее Величество встала лицом к зрителям и размахивала руками. Она прижала кулак к груди. Ее бриллианты сверкали в свете ламп. Откуда этот пыл в ее глазах? Или это шампанское? Ее кузены и друг Филипа, художник, сидевшие на полу по-турецки, наблюдали, притворяясь завороженными. – Билли Грэм! Возвещает крестовый поход в “Мэдисон-сквер-гарден” [31] ! – выкрикнула Дафна. – Серьезно? – удивился сидящий рядом Филип. – Молодец. Я думал, это Жанна д'Арк. Следом настал черед двух конюхов. Сначала они жеманно изобразили игру в теннис в изящной женственной манере, а затем один надел большую соломенную шляпу и вручил другому обеденную тарелку. – Опять я! – крикнула королева. – На Уимблдоне. Дафна, практически выросшая в театре, отметила, что игравший королеву конюх неплохо справился с вручением трофея, но тот, который изображал Алтею Гибсон, был, к несчастью, лишен воображения. Он играл в теннис как десятилетняя школьница, тогда как Алтея была настоящей спортсменкой, уж точно лучше любого мужчины в этой комнате. К тому же темнокожей и настоящей рекордсменкой. Дафна видела основные моменты матча в кинохронике и задавалась вопросом, каких головокружительных высот славы достигнет однажды Алтея… если ее достижения не будут сведены к сноске на полях истории, как это часто случается с женщинами. Затем снова настала очередь ее команды. – По новостям пройдемся? – пробормотал один из кузенов, пока они собирались в кучку, чтобы решить, что изображать. Он предложил вариант, который Дафна нашла в равной степени неприемлемым и любопытным, но остальные согласились. Все, кроме сэра Хью, который извинился и исчез. Интересно, его ужаснула идея или ему просто понадобилось удалиться? Роли были распределены, участники быстро наскребли реквизит и провели в холле краткую репетицию. Когда все было готово, конюхи подняли занавес из простыни. Управляющий скачками и виконт вышли под руку, последний был замотан в скатерть (в сушильном шкафу, должно быть, уже практически пусто, подумала Дафна) с повязкой на голове,