в которую были воткнуты ножи и вилки, виконт держал в руках цветочную композицию с обеденного стола. Они скрылись за простыней, затем Дафна и фрейлина сели играть в карты на переднем плане. Обе по очереди встали, чтобы ненадолго исчезнуть за простыней. Затем они отошли в сторону, занавес открылся, и все увидели виконта, лежащего лицом вверх на бархатном шезлонге, в майке и белых теннисных шортах, с цветами, крепко прижатыми к груди; управляющий скачками распластался на полу, с красным шарфом, обернутым вокруг шеи. Актерское его мастерство оставляло желать лучшего – он продолжал моргать, а его гримаса склонялась к ухмылке – но эффект все равно был поразительным. Среди зрителей пронесся коллективный вздох. Дафна случайно заметила, что королева резко обернулась к мужу, и не поняла почему. Филип хмурился, впрочем, как и несколько других гостей. – Плохая постановка! – крикнул Филип. – Это “Гамлет”? – спросил один из кузенов. – Или “Отелло”? Я их всегда путаю. Кто-то выкрикнул: “Убийства в Челси!” Раздались редкие аплодисменты – скорее для вида, чем от души, и виконт встал на поклон. – А-а, вилки в волосах! – сказал кузен. – Тиара! Теперь я понял. Следующие пять минут оказались довольно неловкими, поскольку сцена убийства, казалось, отрезвила гостей, и никто больше не хотел играть в “Навуходоносора”. Дафна увидела, что под пудрой молодая королева все еще бледна. Она подошла и села рядом. – Все в порядке, мэм? – Разумеется, спасибо, Дафна. Вам весело? – Разумеется, – сказала Дафна с той же степенью искренности. Королева натянула светскую улыбку: – Уильям, который играл Алтею Гибсон, был ошеломительно плох, не находите? Дафна поделилась мыслью о том, что женщин часто недооценивают: – Наши истории обычно рассказывают мужчины. Интересно, как часто они поступают с нами справедливо. – Да. Полагаю, со мной произойдет то же, – с сожалением откликнулась королева. Дафна забыла, что разговаривает с исторической фигурой. Она поняла, что королева никогда по-настоящему не забывает о своей роли. – Для королев делают исключение, – предположила она. – Возможно. Мне иногда говорят, что я почетный мужчина. Это бывает полезно. Я попросила бы вас написать обо мне, но ваши истории такие мрачные. Я бы умерла во второй главе. – Я не историк, – сказала Дафна. – Так мрачно я бы не смогла написать. Королева улыбнулась, но было ясно, что она не слушает по-настоящему. Она смотрела на шезлонг, где недавно лежал виконт. Дафне стало любопытно. – Простите, что наша сцена вас расстроила, – сказала