газеты. О боже, о боже. Она не ошиблась. Ошибались они . Джоан смотрела, как волоски на ее руке встали дыбом. Тут потребуется не просто “деликатность”, которую будто бы вскользь упомянула королева. Миссия Джоан была не менее сложна и опасна, чем то, что она делала в Блетчли. Ее ужасал уровень доверия и возложенной на нее ответственности. И ее тело трепетало от азарта. глава 40 Женщина в черном шелковом коктейльном платье и длинной накидке в тон выглядела так, будто ей больше подошел бы богемный квартал Мейфэр, чем обветшавшие улицы за Клэпхем-Коммон в южном Лондоне. Она искала один из тех викторианских домов, что давным-давно были перестроены и поделены на квартиры. Найдя нужный номер, она осторожно поднялась на лакированных каблуках по потрескавшимся ступеням, увернулась от мешков с углем и ряда пустых молочных бутылок у двери, постучала и стала ждать. Дверь в конце концов открыла молодая блондинка со скулами кинозвезды и бигуди в волосах. Она явно сидела за макияжем: одно веко украшала идеальная стрелка, другое было пока голо. Гостья вежливо улыбнулась. – Берил? Берил Уайт? – А вы кто? – Я здесь по просьбе друга. Блондинка оглядела незваную гостью с ног до головы. – Правда? В любом случае ее нет дома. Могу я что-то передать? Женщина в черном поняла, что разговаривает с самой Берил. Умение убедительно лгать не относилось к числу талантов блондинки. – Это про Джину, – сказала она. На лице Берил моментально застыло выражение страха и подозрения. – Послушай, – сказала она, переводя дыхание, – я ничего не знаю, окей? Ни о чем. Я ничего не сказала, я умею держать язык за зубами. – Она собралась закрывать дверь. – Не знаю, кто тебя прислал, но так им и передай. Женщина в черном твердо поставила лакированную туфлю в дверной проем. Она говорила быстро и тихо. – Я не от тех, о ком ты подумала. В газетах Джину называют просто “девицей в тиаре”. Я думаю, она заслуживает большего. Я в этом уверена. Человек, на которого я работаю, думает, что может помочь. Он не вернет Джину, но может добиться для нее справедливости. Берил продолжала тянуть дверь на себя. – Джина умерла. Для таких девушек, как она, справедливости не существует. – Для таких, как мы . – Женщина в черном не отводила взгляда от Берил. Берил удивилась и пристально уставилась на нее. Подозрение сменилось любопытством. – Ну, на вкус и цвет… – Поверь мне, у меня есть связи в высшем обществе. – Неужели? Значит, твой “друг” был другом и Джины? – спросила она. – Как я сказала, у меня есть друзья на самом верху.