— Чего желаете? Любая обувка на заказ и готовая тоже имеется.

Вадим пошевелил пальцами в лаптях, выражая своё скрытое сомнение словами торговца. Мысленно пересчитал свои финансы, те не пели романсы и даже не пищали. Финансов у него оказалось довольно много. Кузнец отдал ему все свои сбережения, да и часть других монет он нашёл в разных кельях. Монахи вместе с настоятелем не обладали деньгами или спрятали их, а может, просто не думали о том. В общей сложности серебра у Вадима было довольно много и даже крупные монеты были. А вот золотых не оказалось вообще, да оно и к лучшему.

— Мне бы кожаную обувь али другую какую, но покрепче.

Вадим не знал, как называлась здесь и сейчас обувь: сапоги, понятно, а вот остальные поделки были самые разные, и названия имели такие же. Башмаки, туфли или ещё как, прошли эти названия мимо его сознания. Не до того ему было.

Торговец окинул взглядом Вадима, ещё раз посмотрел на его потрёпанные лапти и сказал.

— Могу предложить кожаные поршни.

Вадим взглянул в ту сторону, куда показал торговец. На верёвках, подвешенных под потолком, висела обувь, сильно похожая на кожаные сандалии со шнуровкой. Это было лучше, чем лапти. Но хуже, чем сапоги или башмаки, но ни башмаков, ни сапог в лавке что-то видно не было. Одни лапти, поршни, да ещё разные непонятные изделия, которые не были интересны Вадиму.

— А башмаки есть?

— Башмаки? То к иноземцам надобно, у меня нет ничего. Могу предложить чёботы или сапоги, но есть ли деньга на это?

— А сколько стоит будет? И какие они?

Торговец усмехнулся и вынул из-за прилавка короткую обувь, похожую на нечто среднее между ботинками, поршнями и сапогами.

— Вот чёботы, цена им пять копеек нашими деньгами или трояк польскими, могу взять турецкими или ещё какими, если есть по весу серебра.

— А сапоги?

— Пол ефимка, но на тебя надо шить отдельно, готовых нет.

— А чёботы, но чтобы крепче и лучше?

— Гм, ещё три копейки накинешь или полторак дашь, и подберём, раз на серебро богат.

— Ноги дороже денег, побережёшь, глядишь, и спасут, когда от мертвяков убегать будешь.

Торговец посмурнел.

— То твоя правда. Мертвяков расплодилось, просто жуть. Да и Болотников со своим войском бродит где-то, а ещё и банд развелось, всех и не упомнишь. Едва Хлопка угомонили, да шайку по лесам разбили, так другие лезут лиходеи, и не поймёшь, чего больше бояться: то ли люда разбойного, то ли мертвяков богопротивных.

— Мертвяков надо бояться, купец. Укусит раз, и себя потеряешь, ничего чувствовать не будешь, вроде и живой, да неживой. Страшно это, видел я их не раз, да больше десятка упокоил. Лучше в бою сдохнуть, чем потом ужасом дьявольским по лесам скитаться. И главное, не осознаёшь ты себя. Ум твой умер, а тело ещё живое вроде. Страшно это.