- Какой ты романтик! - проговорила, повернувшись к нему лицом.

Утренний Вячеслав был совершенно другим человеком. Не тем высеченным из гранита боссом, чей взгляд обезоруживал на совещаниях, и не тем неистовым, страстным мужчиной, что владел мной этой ночью, подчиняя себе время и пространство. Его волосы, обычно безупречно уложенные, были растрёпаны и падали на лоб. На щеке краснел забавный след от шва подушки, а в карих, обычно таких пронзительных и холодных глазах стояла мягкая, сонная задумчивость и почти детская растерянность. Он был… человечным. Уязвимым. И от этого осознания моё сердце сжалось странной, острой и нежной болью, как будто в груди распустился хрупкий цветок.

- Привет, - прошептал он, касаясь своим кончиком носа моего.

- Привет, - ответила я ему.- И что теперь?

- Теперь, - вздохнул мужчина, глядя в потолок,- согласно любому здравому смыслу, мы должны испытать острую неловкость, поспешно одеться и начать обсуждать рабочие вопросы, делая вид, что между нами ничего не произошло.

- Звучит ужасно скучно, - скривила я нос.

- Согласен, - неожиданно, по-юношески озорно улыбнулся Гордеев.- Поэтому предлагаю альтернативный план. Пункт первый: найти кофе. Пункт второй: приготовить завтрак, который не будет похож на соляные копи. Пункт третий… - он вдруг перекатился на меня, поддерживая свой вес на локтях, и навис сверху, отрезав все пути к отступлению.

Его взгляд снова стал пристальным, изучающим, но теперь в нём читалась не холодная оценка, а полное, осознанное обладание ситуацией и… мной.

- Пункт третий: выяснить, был ли это единичный инцидент по вине выпитого алкоголя и метели или… начало новой, непредвиденной в наших отношениях ситуации. С высоким коэффициентом риска и неопределённости результата.

Сердце забилось часто-часто. Страх и предвкушение сплелись в один тугой узел. Я запустила пальцы в его мягкие, непослушные волосы, притянув Славу ближе, пока наши губы почти не соприкоснулись.

- И как мы это выясним, господин Гордеев?

- Эмпирическим путём, Виктория Сергеевна. С помощью повторяющихся экспериментов, тщательного сбора данных и глубокого анализа каждой полученной реакции, - хрипло проговорил мой соблазнитель, страстно припадая к желанным губам.

***

Это утро было странной смесью неловкости, смеха и пронзительной нежности между нами.

Когда я попыталась встать, запутавшись в пледе, Гордеев просто подхватил меня на руки и отнёс в ванную, бормоча что-то про «нарушение техники безопасности при покидании зоны отдыха».

Мы мылись вместе, и это было одновременно и очень интимно, и до смешного практично - он выдавливал мне шампунь (уже без комментариев о его лимитированности), а я, стоя под струёй воды, пыталась не обращать внимания на то, как его руки скользят по моей спине, и как моё тело реагирует на это, совершенно забыв о всякой сдержанности.