— Я сам кого хочешь уведу, Лиса, — рассмеялся я в ответ, — а невесты у меня нету. Но это пока что.

— И то верно, — загадочно стрельнула она светлыми глазами, — пока что нету.

Уже совсем стемнело, когда я направился к гаражу. Поехал по Красных Партизан, мимо небольшого консервного завода станицы Красной.

Съехав с асфальтовой дороги на гравийку, я затрясся по камням. Заметил вдали, в сгустившихся сумерках, машину.

Это был стоявший на обочине желтый «пирожок» Москвич ИЖ-2715. Помаргивая аварийными огнями, он прижался к обочине.

Внезапно, водительская дверь открылась. Оттуда выбрался и оббежал пирожок с капота мужичок не старше лет двадцати пяти. Невысокий, он был модно одет в брюки-бананы и цветастую рубашку с острым воротником.

Парень выбежал на середину дороги, принялся махать руками. Поломался, значит. Помощь нужна.

Прижавшись к обочине, я выглянул из окошка.

— Здорово, мужик! — Подбежал он ко мне, глянул снизу вверх.

Его просто деревенское лицо и соломенные волосы как-то не писались с модной городской одеждой. Если у нас молодежь так и одевалась, то только на клубные танцы.

— Это, — Продолжал он, — у тебя бензин есть? Стал я! Думал, еду с запасом. А как стал посередь дороги, так кинулся к канистре, а там пустота! Я друга моего отправил с канистрой к людям, бензина попросить. Только нету его что-то.

— Здорова-здорова, — ответил я, поглядывая на машину.

Больно знакомой она мне казалась. На бортах грузовой части ИЖа было что-то нарисовано. Но сзади я не видел, что. А вот мужичка я не знал совсем.

— Может есть у тебя немного бензину? У меня шланга есть, давай я себе солью чутка?

— Да что уж там, — пожал я плечами, — давай.

— Спасибо! Спасибо, тебе! — Крикнул он и побежал к машине.

На миг он замешкался у грузовой двери пирожка. Опасливо посмотрел на меня. Потом открыл машину, но совсем слегка, так чтобы я не видел, что внутри. Это меня слегка насторожило.

Парнишка прибежал со шлангом и трехлитровой стеклянной банкой для закруток.

— Мне чутька совсем надо! Только дотянуть до сельповского склада!

— На сельпо, что ль, работаешь, — сказал я, откручивая крышку газоновской горловины, — автолавка?

— Ага! По рынкам, по всему поселению, по хуторам, катаюсь.

— А как тебя звать?

— Лёнька Иваницкий! А тебя?

— Игорь. Землицын.

Парень сунул трубку в горловину, принялся сосать бензин. Когда топливо побежало вверх и струей бабахнуло ему в рот, он закашлялся. Скривился, но все же направил струю в банку. Сам же, ругаясь тому, что выделал в горючем всю рубашку, страшно кривился от бензинового топлива:

— Ятить его! На год вперед напился бензину!