— Реван! — радостно взвизгнула Магдалена и бросилась на шею к пантарийцу, подошедшему к нам. — Эбердин!!!
Верно — следом за ним к костру подошли еще двое из тех, кто отправился с Монброном в Силистрию. Вид у них был изрядно потрепанный, что скрывать. Но они были живы. И они пришли!
— Кто ставил «сигнальный круг»? — уточнила Миралинда. — Фальк, ты? До чего небрежная работа! Я его сняла одним щелчком пальцев! Так же нельзя!
— Суровая какая стала! — пробасил Карл и обнял девушку. — Прямо злюка!
— А где Гарольд? — обеспокоившись, спросил у пришедших я. — Монброн где?
— Тут он, — отвела в сторону глаза Эбердин. — Сейчас подойдет.
— Темните вы что-то, друзья. — Рози нахмурилась. — И сильно.
— Просто есть вещи, де Фюрьи, о которых говорить одновременно сложно, неприятно и необходимо. — Это был Монброн, он стоял в тени стены, почему-то прижимая руки к груди так, словно что-то в них держал. — Эраст, подойди ко мне, будь любезен.
— Что происходит? — еще сильнее насторожилась Рози.
— Сейчас вы все узнаете. И мы тоже, — произнесла странную фразу Эбердин, обняв за плечи подругу. — Иди, Эраст. Это нужно.
И я сделал шаг навстречу к своему лучшему другу.
Глава 2
— Руку вперед вытяни, — велел Монброн, как только я к нему подошел. — Давай, давай. Хочешь левую, хочешь правую — без разницы.
— Хорошо, — совсем уж растерялся я. — А это у тебя что такое?
Я не ошибся — Гарольд прижимал к груди какой-то сверток, более всего похожий на запеленатого младенца. Да так оно и оказалось! Сверток пискнул, дернулся, из тряпок показалась маленькая белая ладошка, весело ударившая моего друга по щеке.
— До чего вертлявая, — вздохнул Монброн. — Вся в мать!
— Ай! — вскрикнул я от неожиданности, когда острие кинжала чиркнуло меня по руке. — Ты чего?
— Того, — хмуро буркнул Гарольд, поморщившись, ткнул самым кончиком оружия в маленький детский пальчик, отчего сверток немедленно разразился плачем, и начал что-то шептать себе под нос.
— Что происходит? — повернувшись к пантарийцу, спросил я. — Эль, может, ты объяснишь?
— Присоединяюсь к вопросу, — потребовала Рози, но уже у подруги.
— Да помолчите! — шикнула на нас Миралинда. — Сейчас все узнаете! Эраст, подойди к Монброну поближе.
Острие кинжала сначала покраснело, потом побелело, словно раскалившись до предела, а после из него появилась тонкая призрачно-золотистая цепочка, выписывающая в воздухе забавные кульбиты.
Она несколько раз опоясала сверток в руках Гарольда, крутанулась, свившись в несколько петель, а после скользнула ко мне, словно объединяя в одно целое с младенцем, который никак не желал угомониться.