— А ты сделай так, чтобы все прошло так, как нам надо, — жестко заявила ему Рози. — Не можешь сам — давай я поговорю. У меня получится, поверь.
— Разберемся, — уклончиво ответил ей Гарольд. — Раньше времени только в беседу не лезь, очень тебя прошу.
Эльф тем временем срубил голову и третьему солдату, несмотря на разговорчивость последнего, а после направился к нам, не убирая свой длинный, чуть изогнутый клинок без гарды.
— Мое почтение, — выставил ладони перед собой Монброн, показывая, что безоружен. — Надеюсь, вы не откажетесь меня выслушать?
Глава 6
— Не откажусь, — ответил ему эльф. — Собственно, по этой причине вы до сих пор и живы.
Голос у него был мелодичный, навевающий воспоминания о чем-то давным-давно услышанном и забытом. То ли о песнях матери, которые та тихонько нашептывала мне маленькому в ухо, чтобы я скорее засыпал, то ли о майском вишневом саде, осыпанном белыми лепестками.
Магия эльфийских голосов хорошо всем известна, даже поговорка такая есть: «Не верь гному, когда речь идет о щедрости, не верь нордлигу, когда речь идет о доброте, и не верь эльфу никогда, а особенно когда он говорит». Умеют ушастые что-то такое в наших душах задеть — потаенное, от всех спрятанное, с детства забытое. А пока ты пытаешься понять, с чего так разомлел, они тебя — хап! Добро, если только до нитки разденут, — могут и кинжалом под ребро приласкать.
— Мы рады встретить подданных короля Меллобара, — заявил Гарольд громко. — Собственно, именно к вам мы направлялись.
— Люди шли к эльфам, — задумчиво промурлыкал обитатель вечнозеленых лесов. — Вы не знаете, что между нашими народами война? Звенит сталь, льется кровь, и все время кто-то умирает.
— Все так, — подтвердил Монброн. — Но случившееся здесь очень четко дает понять, на чьей стороне мы в этой войне выступаем.
— Пока я вижу только то, что вы выступаете на своей собственной стороне, — уточнил эльф. — Да, да, вы пролили кровь своих соплеменников, но это не означает того, что мы союзники. Пока все сами по себе — слуги императора Линдуса, служители короля Меллобара и вы, юные незнакомцы. Отдельно замечу, что в лесах Медона не любят тайны. Ни свои, ни чужие. Эльфы — открытый и честный народ, что бы про нас ни говорили.
— И это верно, — помолчав, подтвердил Гарольд. — Пока мы на своей собственной стороне, но хотели бы присягнуть на верность королю Меллобару. Его враги — наши враги, так уж получилось. Вместе воевать куда удобней, чем поодиночке, согласитесь, уважаемый… Прошу прощения?
— Атиль, — чуть помедлив, представился эльф. — Атиль из дома Тонно, третий сын своего отца.