Но увиденное было лишь частью общей картины. Главный сюрприз стоял неподалеку, окруженный воинами в сверкающих доспехах, оглаживал бородку и дружелюбно смотрел на меня.

— Вот наш спаситель, — Эвангелин поманила меня к себе. — Мой мальчик, мы тебя ждем. Ты представляешь, Гай… Прошу прощения — господин архимаг, разумеется. Так вот — кто-то упредил эльфов о том, какой дорогой мы поедем, и те собрались меня захватить в плен, а может, даже убить. Знать бы, кто этот низкий и подлый человек, спросить бы с него за эту пакость, да как? Эраст нас предупредил о засаде, мы были готовы к отпору и в результате перебили негодяев. Да так разошлись, что ни один из них не остался в живых. Допросить было просто некого.

— Экая досада, — покивал Туллий, стукнув посохом о землю. — Оказать помощь эльфам в столь важный момент — предел низости. Хотя, если не ошибаюсь, этот молодой человек тоже им служил, не так ли? Юноша, я же прав?

— Истинно так, ваше архимагичество, — подошел я. — Есть такое. Людям ни я, ни мои друзья оказались не нужны, более того — после убийства наставника на нас объявили охоту, как на диких зверей. Вот дорога нас и привела в лагерь эльфов.

— Эльфов ли? — мастер Гай, похоже, получал огромное удовольствие от нашей беседы. — Если не ошибаюсь, вы встали не просто на сторону последних — вы влились в отряд своей бывшей соученицы, госпожи Грейси. Или ее теперь зовут как-то по-другому? Не напомните, как?

Старый хрыч. Мало ему меня просто сдать, он хочет, чтобы я сам себе смертный приговор подписал. Хотя — чего от него еще ждать? К тому же, судя по взглядам, которые на меня начали бросать некоторые из воинов, стоящих за его спиной, они и так знали ответ.

— Напомню. — Я постарался, чтобы моя улыбка казалась абсолютно естественной. — Белая Ведьма, так звучит ее имя.

— Верно, — голос архимага тек, как патока. — Та самая, которая прославилась своей ненавистью ко всему роду человеческому и натворила много бед.

Лязгнула сталь, несколько мечей покинули ножны, а один юноша с гербом Асторга на доспехе довольно решительно шагнул вперед, имея целью рассечь мне грудь своим клинком прямо сейчас.

— Этот человек под моей защитой, — неожиданно громко прозвучали вдруг слова обычно тихой Эвангелин. — Он спас мою жизнь, я ему обязана. Любой, кто причинит ему вред, станет моим личным врагом.

— Человек, — задумчиво промолвил мастер Гай. — А человек ли? Все эти зверства, в которых он, несомненно, принимал участие, преклонение перед эльфами, учеба у Ворона, одно упоминание которого является позором для магического содружества… Эви, дружочек, ты выбрала не то время и не то место для милосердия. И не тот объект.