— Забрать два торговых корабля, что стоят в порту, владельцам дать серебра, — скомандовал Спиридов.

Капитан принял решение перегрузить все, что можно на корабли, чтобы ничего не осталось врагу. Уже прибыл казачий дозор, который принес неутешительные новости. Русские разбиты, большая часть захвачена пруссаками.

Началась нелегкая работа, к которой были привлечены все, кроме небольшой команды караульных. Силком заставляли работать грузчиками и местное население, всех, кто попадался в поле видимости.

— Иван Фомич, бери всех своих казаков и спешно веди обоз к Риге, — приказывал Григорий Андреевич Спиридов казаку Кольцо.

Даже реквизированные, после краткосрочного боя, два небольших судна не могли уместить то многое, что было на армейских складах. Потому спешили изыскать повозки и отправить поезд по земле. Это было опасным мероприятием, так как никто толком не осознал масштаб прусского вторжения, но лучше с риском, но попробовать, чем оставлять все врагу. Да, именно врагу, так как такие нападения на русские войска друзья не могут совершать.

Вдали от метрополии у многих колонистов обострялось чувство патриотизма. Люди видели, сколь развита их цивилизация, осознавали, в насколько мощной и могущественной стране они проживают. Да и человеческая жизнь в небольшом коллективе ценилась сильнее, чем в многотысячных городах. Когда все колонисты на виду, потеря даже одного человека — трагическое события. Потому и ценность человеческой жизни, особенно, своего соотечественника была поднята на ранее небывалую высоту. Тут же тысячи соплеменников убиты. Враг, только враг!

И вот теперь, двадцать пятого февраля эскадра выдвинулась в сторону Риги в надежде, что рижский порт не будет замерзшим. Погоды стояли не то, чтобы сильно морозные и шансы попасть в Ригу были.

— Паруса! — прокричал впередсмотрящий на флагмане.

Спиридов достал свою зрительную трубу и всмотрелся. Это были прусские корабли, как бы это не смешно звучало. И еще более удивительным было то, что прусская эскадра состояла аж из восьми боевых вымпелов [перед Семилетней войной Пруссия имела всего 11 кораблей].

— Боевая тревога! — скомандовал капитан первого ранга.

Шансы победить в сражении были. По количеству орудий, русские корабли превосходили пруссака. Проблема состояла в том, что все судна были максимально загружены и своими товарами, что везли из русских колоний, и оружием, что загрузили из армейских магазинов в Либаве.

В какой-то момент прусские фрегаты стали приближаться к эскадре Спиридова и капитан уже отдал приказ к перестроению в боевую формацию, стремясь сделать пруссакам «кроссинг Т». Но подданные Фридриха не решились вступать в бой. Это на земле слава прусского оружия гремит, в море Пруссия слаба. Русский же флот уже покрыл себя славой еще в сражении при Лепанто.