Так, всё, хватит накручивать себя. Колпак на голову, портфель в руки — и бегом в коляску. Не могли же отправить коляску просто с запиской, правда? Обязательно отправили бы кого-то, кто мог бы прояснить ситуацию. А если у этого кого-то ещё и родовой дар имеется хотя бы в минимальном объёме — то начать битву с супостатом Тихон сможет прямо из коляски. Если же нет… Придётся ждать до дома.

Последние метры до коляски, стоявшей за территорией стрелецкого двора, Тихон пробежал. И лишь запрыгнув в коляску, с легким удивлением заметил, что в ней сидит не церковный служка и даже не дядь Вань, а какой-то абсолютно незнакомый седой мужчина в форменном зелёном кафтане и… Папахе. Казачьей, невысокой такой, из каракуля и с круглым донышком из ярко-красного сукна и с двумя полосами в виде креста. Тихон даже проверил, нет ли рядом с этой коляской какой-то другой. Ну, может, перепутал, бывает же такое, правда?

Нет, не перепутал. Коляска была одна. Посмотрев на мужчину, Тихон уже открыл рот, чтобы спросить у пожилого мужчины, кто он, но тот опередил его:

— Здрав будь, Тихон Глебович. Меня зовут Никита Силыч. Твоя названная матушка, Василиса Никитишна, является моей приёмной дочкой. То бишь ты мне приходишься внуком.

— О как, — выпалил Тихон, рассматривая губного старосту Кремны и деда по материнской линии по совместительству.

Слегка грузный, полностью седой, с окладистой бородой и пышными усами. Но коротко стриженый, с пистолетом и мечом на поясе. Такой, типичный представитель казаков великого Дона, завершивший службу в дружине князя или казачьем полку. И нет, стрелецкие и казачьи полки — не одно и то же. Казаки — легкая кавалерия, которая хороша и в ближнем бою, и в стрелковом, а также идеальна в качестве разведки и для нанесения быстрых, мощных, неожиданных атак. А вот стрельцы — больше пехота, причём преимущественно с укреплённых позиций. Конечно, каждый стрелец может (и обязан) иметь коня, на котором он передвигается во время похода. Но вот сражаться в конном строю — не про них. Для этого существует дружина. Ну и казаки.

Тихон помотал головой, разгоняя бесполезные мысли, наполненные ненужной сейчас справочной информацией по черепной коробке.

— Прежде всего, деда, у нас дома всё хорошо? — нарушая все правила этикета, спросил Тихон.

— Ну, наверное, — удивлённо сказал Никита Силыч. — А что, может быть по-другому?

— Может быть как угодно, — расслабляясь, буркнул Тихон. — Я просто решил, что случилось что-то, потому меня и выдернули с занятий.

Дед Тихона, смерив внука странным взглядом, переключил внимание на извозчика: