Глава 7. Сила духа
Когда пространство вокруг Тихона превратилось в мешанину разноцветных пятен, которые очень быстро выцвели, оставив после себя лишь однотонный серый цвет — парень опешил.
— Быть того не может, — озираясь по сторонам, прошептал отрок. — Я же уже не главный герой, я же все флаги… Ох… Карета… Спасение ребёнка… Это не считается! Это мог сделать и простой…
И тут однотонная серость вокруг Тихона начала стремительно темнеть, а сквозь эту темноту начали проступать мрачные каменные стены типичного подземелья. Нет, не просто подземелья, а подземной тюремной камеры! Из таких, с тремя каменными стенами и железной решёткой, отделяющей пленника от коридора. Тусклый свет факела, прикреплённого где-то в конце коридора, звук падающих с потолка капель воды, затхлый запах прелой соломы, ржавчина на прутьях решётки. И навесной замок, который закрывал дверь-решетку, ведущую из камеры в коридор.
— О, так значит, это не визит Хранителя. Ничего себе, вот это детализация, — пробормотал Тихон, рассматривая окружение. — Работа мастера, даже жалко будет… Узнать бы только, зачем?
Противный скрип открываемой деревянной двери и звук тихих шагов по коридору был ему ответом на этот вопрос.
— Неплохо держишься, парень, — став напротив решётки в коридоре, сказал тот самый черноглазый и черноволосый мужик, который буравил Тихона взглядом там, в реальности. — Вот только это не поможет тебе. Твой дух — в моей власти.
При этом он демонстративно покрутил на пальце большой заржавевший ключ, который идеально подходил по стилю к навесному замку, запирающему дверь камеры.
— И твоё тело отныне будет моим.
И, растянув свои тонкие губы в противной улыбке, лже-приказчик начал медленно изменять свой облик. Фигура, одежда, волосы и глаза — всё медленно и до жути правдоподобно превращалось в идеальную копию Тихона. Даже колпак был таким же.
— Не бойся, я позабочусь о нём. Хорошо позабочусь. Прощай, малыш.
И начал отступать к деревянной двери, ведущей из коридора в неизвестное место.
— Не-не, мужик, погодь, — хмыкнул Тихон, взъерошивая копну русых волос на макушке. — Ты, кажись, немного берега попутал.
А потом сделал пару шагов вперёд и дотронулся до железных прутьев.
— Во-первых, для того, чтобы пленить чужой дух — нужно не окружить его декорациями, а обездвижить. Связать. Сковать. Понимаешь? Сам дух.
И прутья медленно растаяли, словно их никогда и не было в этой темнице.
— Можно, конечно, и другим способом ограничить. Заключить в лёд, опутать лианами, заставить окаменеть. Или усыпить, на худой конец. Главное, чтобы сам дух не мог больше действовать. А иначе — будет как сейчас.